Книга Песнь сердца и пепла, страница 136 – Анастасия Левальд

Не найдя иного пути выплеснуть ярость и злость, Райко резко развернулся и ударил кулаком ствол дерева. Кора не пострадала, а вот Райко болезненно промычал, наклонив голову, и с силой, до появления красных противных пятен в глазах, зажмурился. Отец сам хотел уничтожить людской народ. Он использовал против них драконов, отправлял легионы на их земли. Райко решил исправить ошибку их предков, которые подарили людям магию. Они забыли свое место, и вождь Аргос понимал это.

— Я завершу твое дело, отец, – всхлипнул Райко. – Я их уничтожу!

* * *

Тайро вышел из палатки Авилы и замешкался. Он не нашел ее внутри и теперь, заметив ее в центре поля с половником в руках возле большого казана еды, понял почему – она раздавала еду народу, столпившемуся в очереди за своей порцией.

Он улыбнулся и не стал мешать, лишь наблюдал со стороны. Он скучал по тем тихим моментам вдвоем на поляне. На их поляне. Сейчас это казалось недостижимой роскошью среди разрушенного селения и резко обедневшего народа. Многие потеряли близких и любимых. Тайро тяжело вздохнул, вспомнив вопрос Авилы. Почему он ничего не сделал? Он ответил, что не смог поднять руку на старшего брата, но сейчас терзался сомнениями – так ли это было на самом деле. В какой-то степени он мог с уверенностью это подтвердить, с другой же – неведомый голос в его голове пытался убедить: он не помог из-за нежелания проявлять насилие. Он хорошо помнил день падения Фойтии, когда убивали его народ. Он не смог поднять руку на человека. Струсил? Тайро так не считал. Страха перед богом Смерти Тайро никогда не испытывал. Неожиданно ему вспомнились слова матери, которые она сказала ему на одной из последних встреч: насилие никогда не будет выходом. Возможно, эти слова настолько врезались в память скорее на подсознательном уровне, что Тайро ни в день уничтожения его народа, ни в день нападения Райко на Дом Советов не смог поднять руку и использовать магию, чтобы причинить боль.

Он тряхнул головой, желая как можно быстрее выкинуть эти мысли из головы. Тело еще ныло. Крылья с болью восстанавливались, и даже хваленое бессмертие не могло помочь – он чуть не потерял свою магию. Но в момент, когда он сорвался с места и закрыл собой Авилу, он совсем об этом не думал. Ни о магии, ни о мире, ни о драконах, ни о собственной жизни. Тайро не заметил, в какой из дней, в какой из их встреч она стала для него столь значимой.

— Тайро, – послышалось рядом.

Он развернулся и увидел Юфеймиоса. У того был болезненный вид. Несмотря на высший ранг волшебника и невероятные заслуги в магии – Юфеймиос давно уже был не молод. Его тело не могло больше выдерживать такие нагрузки.

— Получше? – спросил Тайро, вновь переводя взгляд на Авилу.

— Да, – выдохнул он, спрятав руки за спиной, чуть сгорбившись. – Людей в тяжелом состоянии я подлатал, теперь можно отдохнуть.

Повисла пауза. Юфеймиос тоже смотрел на Авилу. Легкий ветер трепал волосы и доносил до них запах костра, на котором стоял казан с кашей или каким-то густым супом.

— Она предала отца и своего властителя ради тебя, – вдруг выдал он, повернувшись к Тайро чуть боком.

— Она спасла меня ради мира, – чуть грустно улыбнулся Тайро и посмотрел на Дом Советов, на то, что от него осталось. Тайро понимал, что Флавий не мог спасти драконов, и даже сомневался, что тот, в принципе, хотел этого.