Книга Песнь сердца и пепла, страница 154 – Анастасия Левальд

Авила смутилась. Она не хотела слышать Юфеймиоса с его новостями и старательно выкидывала из головы последнюю фразу. В груди искрились озорные огоньки. Взгляд задержался на лукошке волшебника, наполненном сочными ягодами, как будто сама природа щедро отдала свои дары в знак благосклонности. Юфеймиос, уловив ее желание, молча протянул корзинку, и Авила поспешила взять спелую лесную ягоду и съесть ее. Легкий сладкий сок коснулся языка. Авила издала довольный, почти неуловимый звук наслаждения, прикрыв глаза.

Затем, поддавшись невидимой силе, Авила повернулась к Тайро. Она взяла одну из лукошка и протянула ему, чуть приподнявшись, чтобы дотянуться до его губ. Рука задержалась, едва заметно дрогнула, когда его губы коснулись ее. Он принял угощение. Между ними проскользнуло что-то неуловимое, как легкий ветерок на рассвете, теплое и трепетное. Сердце забилось быстрее, грудь наполнилась сладкой тоской, стало невероятно печально, что пришел Юфеймиос и нарушил их уединение.

— Ну, все, – протянул волшебник. – Хватит вам!

Авила глубоко вздохнула. Тайро и Юфеймиос последовали к дому, а она, чуть помявшись на месте, догнала их спустя несколько минут. Она отвлеклась на ягоды, как ей хотелось думать, ведь мысли были заняты совсем другим. Высокие деревья, густо раскинувшие свои ветви, почти смыкались над ними, оставив лишь узкий проблеск неба. Свежий воздух, напоенный ароматом хвои, смешивался с легким дуновением цветущих трав. Тайро шел впереди и о чем-то думал, почти как и сама Авила. Она в который раз убеждалась – его уверенность вызывала в ней чувство защищенности и покоя.

Мысли Авилы начали блуждать в лабиринте чувств, зародившихся к Тайро. Их встречи и минуты уединения всегда наполняли ее душу особым трепетом, и с каждым новым взглядом, бросаемым на него, это ощущение усиливалось. Первая искра, вспыхнувшая между ними, теперь превратилась во всполохи огня, согревающего ее сердце. Она вглядывалась в темные очертания леса, но в мыслях видела только его лицо. Внутри нее боролись нежность и смущение. Каждая мысль о близости с Тайро вызывала румянец на щеках и учащенное сердцебиение. Она представила, каково это – оказаться в его объятиях, почувствовать его тепло рядом. Эти мысли были столь сладки и настойчивы, что Авила не могла избавиться от них. Она тихо вздрогнула, прогоняя нахлынувшие фантазии, но те возвращались вновь и вновь, стоило только ей встретиться с его теплым взглядом. На фоне этих мечтаний лес казался еще более загадочным и волшебным, как зеркало ее чувств и надежд.

Время от времени в кронах деревьях кричали птицы, и каждый новый вскрик возвращал ее к реальности, к нему, идущему чуть впереди. Каждый изгиб тропинки, каждый поворот казались символичными. Как и ее жизнь, путь по лесу был полон неизвестности и скрытых возможностей. Каждый момент, проведенный с ним, – шанс узнать себя лучше, найти ответы на вопросы, которые она боялась задать вслух. Деревья словно шептали ей, что смелость быть собой приносит счастье.

Она тяжело вздохнула, заметив впереди уже родной дом.

Близился вечер. Есть совсем не хотелось. Аппетит не просто пропал, он так и не появился. Авила быстро прошла в комнату, желая как можно быстрее скрыться от взгляда Юфеймиоса. Его шутка вырвалась, и Авила понимала, что ему самому стало неловко, но от этого легче не становилось. Авила взяла шаль, укрылась и села на подоконник. Это окно выходило, казалось, на самую темную часть леса. В нем будто ничего, кроме собственного отражения, нельзя было увидеть. Темные ели стояли в гордом одиночестве, хоть и находились в компании друг друга. Она смотрела на них и думала, что есть в этом ощущении что-то знакомое. Так было, когда Авила жила во дворце, – людей много, а ощущение одиночества острее. Где-то сверху пробился последний луч солнца, но из-за скалы, уходящей ввысь, его практически не было видно. Начинался дождь. Капли маленькими струйками стекали по окну. Впервые Авила не хотела зажигать свечи. Сегодня ее привлекала опускающаяся на лес темнота. И она подозревала, что дело в завтрашнем дне – последнем перед встречей Тайро и Райко.