Книга Песнь сердца и пепла, страница 91 – Анастасия Левальд

— Тогда почему это делали вы? Может, Аксонис… – Авила встретилась с яростным взглядом отца и остановилась. Последние сказанные слова Юфеймиоса только сейчас дошли до ее понимая. Это было последнее яйцо?

— Аксонис его испепелит. Только мать, – спокойно пояснил Юфеймиос. Он был единственным, кто сохранял спокойствие и даже, казалось, равнодушие. Возможно, только внешне. Ведь даже стражники понуро отпустили головы.

— Поэтому я позвал тебя сюда, – вдруг проговорил Властитель и кивнул волшебнику, который тут же покинул катакомбы. – Ты ничего не знаешь о драконах.

Боль разливалась в груди: она разочаровала отца? Но ведь он сам не позволял ей брать книги о драконах. Они всегда тянули ее, звали, но строгий запрет отца накладывал на знания о драконах печати, которые снять она не могла. И еще большую боль приносило осознание: то, что она слышала о вымирании драконов, – правда.

— Ваша Властность, – отчеканил Атрей и подошел к Властителю.

— Иди, – безразлично выплюнул отец в сторону Авилы и повернулся к советнику.

Авила кивнула и в подавленном состоянии поспешила на улицу. Ноги потяжелели, будто не желая слушаться. Она последний раз взглянула на дракончика и, пересилив себя, ступила на лестницу. Выйдя из Дома Советов, Авила глубоко вдохнула, она хотела отдышаться. Мир вокруг продолжал жить: бабочки летали над цветами, на ветках сидели птицы, чистящие перышки, солнце грело как обычно, доносился свежий запах грядущего дождя, но Авила теперь смотрела на это иными глазами. Аксонис остался единственным, кто оберегал этот мир от Магического кризиса. Если он умрет – Дальний мир погрязнет в хаосе, будет уничтожен. Аксонис – единственный хранитель магии.

Подняв взгляд, Авила увидела Юфеймиоса. Он кого-то ждал. И когда он заметил принцессу и направился в ее сторону, она поняла – ждал ее.

— Авила, идем, – строго проговорил он и кивнул на тропинку, уходящую от дома Советов в сторону поселения и центральной площади.

— Юфеймиос, ты меня пугаешь, – с настороженностью протянула она, не зная, чего еще можно ожидать. Этот день вышел слишком насыщенным.

— Почему ты не сказала, что нашла фойтийца?

Ее бросило в холод. Откуда он знает? Тали? Или он видел? Следил? Авила будто забыла все слова, потеряла дар речи, и казалось, больше не может четко выразить мысли. Ей нужно было что-то придумать, но от паники, бросившей ее в холодный пот, мысли рассыпались.

— Я… – Авила запнулась и прикусила губу. Врать не хотелось, но и правду говорить боялась. – Откуда ты знаешь? – Она тяжело дышала и надеялась, что Юфеймиос, человек, который всегда выгораживал ее перед отцом, не предаст ее.

— Ты влюбилась? – немного лукаво спросил он и скрестил руки на груди.

Авила резко подняла глаза и увидела во взгляде учителя грусть и, возможно, сильное огорчение. Он расстроен из-за ее чувств к фойтийцу? Или его злит сам факт тайны? И все это он пытался скрыть под маской обыденности.

— Нет, просто подружилась, – с тяжелым комом в горле ответила Авила, решив говорить правду. Если кто и поможет ей в принятии решения – точно Юфеймиос.

— Ты знала, что Властитель его ищет?

— Откуда ты знаешь про него? – все же легко сжав кулачки, повторила вопрос Авила.

— Тали рассказала о твоих откровениях, – выдохнул он.

— Но почему тебе? – Авила не могла понять, отчего Тали обратилась именно к волшебнику, с которым, возможно, никогда не общалась.