Книга Время Зари, страница 42 – Наталья Нежданова

Мы с Кейном обретаем в его лице надёжного друга и мудрого советчика. А у наших детей появляется лучший на свете дедушка.

Все уже спят, а мы с мужем сидим на террасе. Ночь, напоённая ароматом цветущих деревьев, пение птиц и звёздное небо над нами слишком прекрасны, чтобы уйти в дом. Мы обсуждаем неожиданные события последних дней, и Кейн вдруг заговаривает о тен Заро:

— А он ведь он до сих пор в тебя влюблён! Когда мы встретились для переговоров, он почти сразу спросил о тебе. Я ответил, что ты моя жена и мать моих детей. На миг его глаза стали, знаешь, как у ребёнка, которого ударили. И он грустно так сказал: — Выбрала тебя всё-таки…

— Он уже был здесь, — отвечаю я. — Нет, ни на что такое не намекал и тем более не домогался. Такое чувство, что он совсем другим человеком стал. Хотя, стоит ли удивляться? После всего, что случилось…

— Я знаю, для клана тен Заро немыслимо посягнуть на чужой брак, — отвечает Кейн.

— И потом, я ему никакого повода влюбляться не давала! — говорю я.

— В тебя невозможно не влюбиться!

— Что же я, по-твоему, соблазнительница какая-то? — возмущаюсь я. — Не в этом дело. Просто ты даришь людям свет! Вселяешь надежду, вдохновляешь поверить в себя.

Дейн тен Заро появляется у меня ровно через неделю. За это время он успел развернуть бурную деятельность. И на Мирну слетал, где посмотрел, как происходит терраформирование. И высадку на Айрин всех, кто с ним прилетел, как-то устроил.

И даже в инфосфере, где творится что-то невообразимое, умудряется лично участвовать в бурных обсуждениях происходящего. Отвечает красиво, чётко и очень рассудительно, невзирая на то, что в этих дискуссиях эмоциональный накал порой достигает очень высоких градусов. Противостояние со Старым Айрином — давняя и очень болезненная тема.

А ещё тен Заро проводит много встреч и разрешает огромное количество мелких проблем и недоразумений, с которыми сталкиваются прилетевшие со Старого Айрина. И когда только он всё это успевает?

— Тэми, я не христианин, но мне надо разобраться в вашей идеологии, — говорит он. — Можно я буду спрашивать у тебя? — Я не слишком хорошо умею об этом рассказывать, — отвечаю я. — У нас полно людей, которые могут сделать это гораздо лучше.

— Зачем мне это? Я тогда могу и книги почитать. В отличие от большинства моих бывших соотечественников я хорошо извлекаю информацию из текстов. Меня интересует твоё личное мнение!

— Ну, спрашивай! — соглашаюсь я.

— У вас верят, что душа не исчезает после смерти, а продолжает существовать. Что ты думаешь по этому поводу?

— Скажи, ты веришь в законы сохранения материи и энергии?

— Естественно! Это же изученные и подтверждённые наукой основополагающие законы природы.

— А что такое душа? Может, некая особая форма материи, или энергии?

— Странно, почему мне самому даже в голову не пришло взглянуть на это вот так? Ну ладно, допустим, после смерти душа не исчезает. Вы полагаете, что там будет суд, на котором решится, в хорошее или плохое место она пойдёт. Вот эта идея о вечных мучениях в аду, как она согласуется с тем, что вы считаете Бога милостивым и справедливым?

— Эти гротескные представления об аде, где некие тёмные духи разными способами мучают грешников, они не христианские вовсе! Это скорее из древних языческих легенд с рассказами о посмертии тянется.