Книга Надежда для князя: переписать судьбу, страница 88 – Наталья Нежданова

Я с ней, в общем-то, согласна. Вот только как? Получится ли у меня пойти в университет или на высшие курсы хотя бы с точки зрения финансов? Ведь помимо расходов на учёбу надо будет платить за квартиру. Покупать всё необходимое для жизни.

Да и на кого пойти? Профессии психолога здесь не существует. Попробовать на естественные науки или на физмат? Мне, конечно, всё это интересно, но не до такой степени.

— Моя кузина совершенно права! — поддакивает Борис.

— Я даже не знаю, куда податься! — растерянно произношу я.

— Может, филология? — предлагает Натали. — В конце концов, вы великолепно пишете!

— Верочка Новосельцева рассказывала мне про свою учёбу, — отвечаю я. — Она ведь как раз на филологическом. Но все эти древние языки — точно не моё!

— Что-то более материальное? — не отстаёт Натали. — Экономика? Юриспруденция?

— Ох, только не это! — восклицаю я.

— Из вас вышел бы замечательный педагог! — продолжает графиня.

— Слишком мелко для Надежды! — встревает Борис. — Она явно призвана рождать грандиозные идеи и вдохновлять людей!

Ну вот зачем он так? — недоумеваю я.

— Лично я вижу её скорее где-нибудь на философском факультете! — продолжает он.

Я едва сдерживаю смех. Ну, какой из меня философ?

— Вопрос лишь в том, принимают ли туда девушек, — задумчиво произносит Натали. — Далеко не все факультеты допускают к учёбе лиц женского пола!

— Печальная картина! — кривит лицо Борис. — Это однозначно надо менять! И, кстати, окончательное уничтожение подобной дискриминации стало бы большим шагом в разрешении пресловутого женского вопроса, которым так любят козырять народовольцы. Ведь правда, в данном случае нам нечем возразить на их упрёки!

Я понимаю вдруг, что мне начинает нравиться его идея. Пожалуй, именно образование на философском факультете реально поможет мне ориентироваться в сложнейшем мире произведённых человечеством идей и ценностей. К тому же научит адекватно формулировать и доносить до людей свои мысли.

Правда, как быть с христианством? Я бы хотела прежде всего в нём разобраться! Но тут уж явно только самообразование спасёт. Куда-куда, но в духовную семинарию меня точно не примут!

В голову приходят почерпнутые ещё в моём прежнем мире сведения об эпохе, в которую я попала. Да ведь впереди — так называемый «Серебряный век»! Интереснейшее время в истории русской культуры, во многом связанное с богоискательством и смелыми духовными поисками. И я могу вживую пообщаться со всеми этими мыслителями и поэтами!

От захватывающих перспектив у меня голова кругом идёт. И я тихонько произношу:

— А знаете, мне нравится предложение Бориса!

Я немедленно принимаюсь разузнавать про поступление в ВУЗ. В конце концов, здесь люди с высшим образованием имеют ого-го какой авторитет! Не чета моему прежнему миру, где оно практически полностью обесценилось.

Как же здорово, что Наденька Баратынская закончила классическую гимназию! Потому что её аттестат открывает дорогу к поступлению без экзаменов практически во все университеты и институты. Вот только на философский факультет, совсем недавно отделившийся от историко-филологического — действительно не принимают девушек!

— Не падайте духом, Надежда! — утешает меня Борис. — До начала учебного года ещё есть время, чтобы это изменить.