Онлайн книга «Целуй, пока не поздно»
|
Я лежала на кровати, смотрела в потолок и думала. О Лире, о Мэриусе, об исчезнувшей няне. О том, что я вляпалась во что-то, о чём даже не догадываюсь. «Не лезь в закрытые комнаты, — повторила я про себя слова Мэриуса. — Не задавай лишних вопросов. Не ищи ответы». Но солдат во мне — тот, который выжил в Академии Теней — привык знать. Привык изучать обстановку, искать слабые места, готовиться к удару. «Ты больше не солдат, — возразила я себе. — Ты няня. Твоё оружие — терпение и забота. Не магия, не меч. Просто ты». Я почти уснула, когда услышала это. Плач. Тихий, сдавленный, похожий на всхлипы. Он доносился откуда-то снизу. Из подвала. Я села на кровати. Сердце забилось быстрее. «Запертые двери не трогай. Даже если услышишь что-то с той стороны». Плач повторился. Теперь я была уверена — это не Лира. Лира спала в соседней комнате, и я слышала её ровное дыхание через стену. Это был кто-то другой. Или что-то другое. Я встала. Надела ботинки, взяла из-под подушки кинжал. Его холодная тяжесть в руке немного успокоила меня. «Не ходи, — шепнул здравый смысл. — Ты здесь чужая. Ты без магии. Ты умрёшь, если что-то пойдёт не так». «А если там кто-то нуждается в помощи? — ответило мне другое. — Как та исчезнувшая няня? Как ты сама нуждалась в помощи, когда Райна запечатала твой дар?» Я вышла в коридор. Кристаллы светили слабо, но я знала, где находится лестница в подвал — Мэриус показывал её днём, когда водил меня по дому. «Сюда не ходи, — сказал он тогда, открывая тяжёлую дубовую дверь в конце коридора. — Там подвал, там сыро и холодно. И заперто». Но сейчас дверь была приоткрыта. Я остановилась перед ней, сжимая кинжал. Мои руки дрожали — от страха или от холода, я не знала. Из-за двери снова донёсся плач. Теперь я различала в нём слова. — Не надо… пожалуйста… я не хочу… Женский голос. Тонкий, умоляющий. Я толкнула дверь. Она открылась беззвучно, и я ступила на каменную лестницу, ведущую вниз. Ступени были влажными, скользкими. Пахло сыростью, плесенью и ещё чем-то — сладковатым, приторным, как старые цветы. Я спускалась медленно, стараясь не шуметь. Кинжал я держала перед собой, хотя понимала, что против магии он бесполезен. Внизу горел один-единственный магический светильник — серебряный шар, парящий под потолком. Он освещал небольшую комнату без окон, с каменными стенами, покрытыми рунами. Руны светились. И в центре комнаты… Я замерла на последней ступеньке. Там висела картина. Огромный портрет в позолоченной раме. На нём была изображена женщина — красивая, с длинными тёмными волосами, в белом платье. Глаза у неё были серые, такие же, как у Лиры. Она была живая. Не картина. Портрет. Но женщина на нём дышала. Её грудь поднималась и опускалась. Её глаза двигались — слева направо, как будто она искала что-то. И она плакала. Слёзы текли по её щекам, но не падали на пол. Они исчезали, не долетая до нижней кромки холста. — Помогите, — прошептала она, увидев меня. — Пожалуйста… помогите… Я не могла двинуться. Потому что я узнала её. Это была жена Мэриуса. Мёртвая жена Мэриуса. Или не мёртвая? Она протянула руку — из портрета, сквозь холст, как будто между нами не было преграды. Её пальцы дрожали. — Он держит меня здесь, — сказала она. — Три года. Он не даёт мне уйти. Ты должна… ты должна меня освободить… |