Книга Сияние вечного пламени, страница 33 – Пенн Коул

— Что ласкает глаз больше, чем две красавицы, нежащиеся под солнцем Люмноса? – поинтересовался мужчина голосом протяжным и вкрадчиво-приятным, как прикосновение атласа к голой коже.

— Уже пытаешься очаровать нашу новую королеву, да, Эмонн?

— Похоже, ты, Элли, уже опередила меня в этом.

Я села прямо и проморгалась, чтобы лицо Элинор не плыло перед глазами. Она же зло смотрела на Эмонна, наморщив нос:

— Ненавижу это прозвище.

Эмонн ухмыльнулся:

— Почему, думаешь, я его использую?

Элинор бросила в Эмонна клубнику, от которой он легко увернулся.

— Тебе что, больше надоедать некому?

— Вообще-то у нас с ее величеством есть планы. – Эмонн переключил внимание на меня, и его ухмылка превратилась во что-то более привлекательное.

Он согнул руку в локте и подался ко мне:

— Пойдем?

Я встала и, покачнувшись, схватилась за край столика. Эмонн изогнул бровь с таким видом, словно едва сдерживал смех.

— Хорошее вино, – смущенно пояснила я.

Мое внимание привлек звук открывающейся двери. На другом конце террасы, у дворца стоял Лютер и буквально пожирал меня глазами. Он не двигался и будто бы даже не дышал.

Я залилась краской. Лютер видел меня без одежды унизительное множество раз, но в этом платье я чувствовала себя оголенной больше, чем прежде.

Не подойти к нему и не потребовать обещанные ответы удалось с заметным усилием, но я была не в состоянии вести такую беседу, пока не протрезвею; и сомневалась, что жалко не попробую отомстить за то, как легко Лютер одолел меня накануне вечером.

И еще меньше доверия вызвал трепет, охвативший меня под пристальным взглядом Лютера, который сжимал и разжимал кулаки.

Сора встала, вытянула шею в сторону Лютера и зло замахала хвостом. Она раздраженно фыркнула, и из ноздрей у нее повалил дым.

Я усмехнулась. Похоже, не я одна держала обиду за вчерашнюю схватку.

Взяв под руку Эмонна, я оглянулась на свою новую советницу:

— Спасибо за сегодняшнее утро, Элинор. Давай сделаем такие встречи регулярными?

Элинор просияла:

— С большим удовольствием. Но, думаю, в следующий раз без стука мне лучше не входить.

Мы с Эмонном направились в сад, а Сора взмыла в небо, чтобы следить за нами. Эмонн вывел меня на гравиевую дорожку, обрамленную пышным лавандовым агератумом, ярко-розовыми и белыми петуньями, сладкий аромат которых пропитывал воздух.

— Лютер не отходит от тебя ни на шаг, Элинор – твоя собутыльница, а теперь твой покорный слуга устраивает тебе индивидуальную экскурсию. Смею я надеяться, что это означает твое намерение присоединиться к нашему благородному Дому?

— Я думаю об этом, – ответила я. – Ты и твои родственники не остановитесь ни перед чем, чтобы оказать мне теплый прием.

— Можно ли нас в этом винить? Если ты откажешься, мы потеряем всё. – Я захлопала глазами от такой прямоты, вызвав у Эмонна кривую улыбку. – Ты не согласна?

— Нет, согласна. Просто удивлена, что ты так откровенно это признаешь.

Эмонн вздохнул с преувеличенной тяжестью:

— Признаю, что откровенность у Корбуа не всегда считается добродетелью.

— Я уж заметила.

Я посмотрела через плечо. Лютер так и стоял на террасе, не сводя глаз с наших с Эмонном переплетенных рук. Я тотчас отвела взгляд.

— Поэтому ты позвал меня на прогулку – чтобы убедить согласиться на предложение твоего дяди?