Книга Академия Эвейл. Мой шаг к мечте, страница 10 – Мария Устюженко

— Я хотела сказать «случиться непоправимое», — ответила я, затем пожала плечами. — Ваша трактовка тоже верна, но с таким настроем ничего не поменяется.

— А с каким настроем поменяется? С верой в лучшее? Вы тоже собираетесь рассказывать эти сказки? Слушать об этом никому из нас не хочется, — презрительно высказалась уже одна из девушек.

— Жизель, не говори за всех, — с показательной ленцой возразил блондинчик. — Сказки мадемуазель Ламбер я бы с удовольствием послушал.

Послышались приглушенные смешки. Меня же потряхивало изнутри, но не от глупого проявления внимания, а от непривычной роли. С подобными неуместными комментариями я сталкивалась и до учебы, и во время, и после, поэтому не испытывала никакого смущения.

— К сожалению, я прибыла только вчера и должным образом не успела подготовиться. Из-за этого я не в курсе, как у вас здесь наказывают, но как только узнаю, то... Как ваше имя? — спросила я блондинчика.

— Арий Конте, — ответил он нехотя.

— Значит, после того как узнаю, то подготовлю для месье Конте самое интересное и утомительное наказание, чтобы не было времени на сказки перед сном, — доброжелательно закончила я, затем сложила руки на груди и продолжила, на чем остановилась, решив попробовать зайти с другой стороны. — Никто не умаляет вашего незавидного положения, но вы не сделаете себе лучше тем, что станете подрывать наши занятия. Правильнее будет прекратить страдать и завидовать тем, кто уже ушел. Пусть на деле это не так-то просто, но именно такие сильные эмоции, как злость, ненависть и обида отвлекают вас оттого, что вы жаждете получить. От закрытия нежеланного магического канала в вашей энергетической системе. Здесь главное — не ошибиться с выбором, поэтому прежде всего вы должны чётко знать для себя, какая стихия для вас предпочтительнее. На это в конечном итоге и нацелены наши занятия.

Остановившись, я осознала, что говорю от сердца, использовав свой личный опыт, и внезапно испугалась. Мне не хотелось ворошить прошлое. И тем более выставлять его напоказ.

— То есть вы хотите помочь? — скептически поинтересовалась Жизель.

Я хотела сбежать отсюда, потому что на самом деле совершенно не знала, чем им помочь. У меня был только собственный опыт и не было нужных знаний, помимо тех, что я вычитала у месье Дюльвана. Но хороший преподаватель, да даже самый паршивый о таком не скажет, поэтому я кивнула.

— Разумеется.

На некоторых лицах мелькнуло что-то похожее на робкую надежду.

— Как и всё в этой академии, — продолжила я увереннее, но почему-то эти слова заставили погаснуть только что вспыхнувшую недоверчивую радость. — Программа обучения нацелена на разрешение вашей проблемы. Вы приехали в академию и делитесь на подгруппы, чтобы проходить практику со студентами тех стихий, которые борются в вас. Как известно, польза нахождения рядом со своими стихиями доказана на практике, а знание того, что вы не одиноки в своих бедах, как и наши занятия, должны вас воодушевлять.

Лица присутствующих поскучнели, и на этот раз я догадывалась почему. Фразы, которые отскакивали от меня, словно воздушные шары от защитного купола, были до зубного скрежета примитивны и знакомы всем присутствующим. Этими словами их кормили с самого первого дня в академии. Но других у меня не было.