Книга Зов чёрного лебедя, страница 123 – Мария Устюженко

— Вы так и не сказали, зачем вы с Борисом Игнатьевичем решили собрать совет, — напомнил ему Вяземский.

Тот чуть ли не сплюнул на пол, но сдержался и рявкнул:

— Ты и сам понял! На совете мы решим, достоин ли ты и дальше быть главой общины.

Мстислав широко улыбнулся этому заявлению и порадовался отсутствию ребят, ведь если бы они расслышали эту новость, то уже забежали бы внутрь, чтобы начать возмущаться. Но это было только его дело. Ему, вообще-то, уже давно следовало всё разъяснить.

— Я понимаю ваше желание, — начал он преувеличенно серьёзно, — Но дело в том, что эта тема не предмет обсуждения. Состоится совет или нет — это не важно. Я глава общины, и вы с этим ничего не поделаете.

— Борис Игнатьевич предвидел твоё нежелание подчиняться, — с искренней грустью произнёс Горецкий, глядя на него. — Поэтому совет пройдёт здесь и сейчас.

Этот поворот событий сумел удивить Вяземского, который заинтригованно уставился на закрытую пока дверь.

— Вы решили собрать членов общины здесь?

— Тех, кто способен оторваться от дел и присутствовать. Думаю, что они с минуту на минуту прибудут сюда.

Мстислав прыснул со смеху, но, получив укоризненный взгляд от Горецкого, нахмурился и кивнул, иронично признаваясь:

— На самом деле, вы правильно решили поступить и созвать всех здесь. Я ведь не пришёл бы на совет только потому, что мне лень.

— Зря ты так, Мстислав. Стоило бы проявить благодарность.

— Неужели? — пуще прежнего развеселился он. — За то, что вы решили забрать у меня пост, который и был-то создан моим дедом для нашей семьи?

Горецкий неодобрительно покачал головой, но говорить больше ничего не стал, а продолжил также мерить шагами небольшое пространство между прижатыми к стене столами. Вяземский же коротал время тем, что представлял, как чересчур важные члены общины начнут прибывать в кабинет, а затем окажется, что они не могут вместиться и начнётся столпотворение на входе в кабинет. Было бы презабавно.

В числе первых появился на диво спокойный Чацкий и ещё двое членов общины — старик Ждан с деревянной тростью и Соловьёв.

Присутствие старика Ждана было неудивительно — тот скрашивал старость тем, что плёл корзины и всегда был дома, а вот Соловьёв, видимо, вернулся с заработка, чтобы помочь летом семье, о чём свидетельствовала его мокрая от пота и воды рубаха. Переодеваться, видимо, он не стал, лишь ополоснулся в бочке перед приходом сюда.

Всем пришедшим Вяземский доброжелательно сказал:

— Добрый день.

Ему хмуро кивнули. Затем Чацкий приказал Соловьёву вытащить столы в коридор и поставить их друг на друга. Мстислав хмыкнул — развлечение отменялось.

Почти сразу в кабинет ворвались Линнель и Раймо, которые с вопросом уставились на своего вожака. Члены совета их одарили осуждающим вниманием.

— Община решила провести незапланированный совет, — пояснил Мстислав.

— А тема какая? — полюбопытствовал Линнель.

— Моё главенство, — улыбнулся он ему.

Раймо вздрогнул, а Линнель помрачнел.

— Вожак…

— Оба подойдите и встаньте рядом, — приказал он им. — Где Эрно?

— На улице. То ли общается, то ли ругается с Мирославой — мы так и не поняли, — тут же отозвался Раймо, а Линнель в подтверждение кивнул.

Вяземский постарался не показывать своего удивления и тоже ограничился кивком. Следящие за ними члены советы выглядели так, словно вот-вот взорвутся от негодования.