Книга Зов чёрного лебедя, страница 95 – Мария Устюженко

— Подожди здесь, — попросила она Ингрид, которая пристально за ней наблюдала, словно по выражению лица могла отследить ход мыслей.

Наверное, и вправду могла. Мирослава поэтому и остерегалась внимательных женщин.

Но на её планы это всё равно никак не могло повлиять, поэтому она зашла за шкаф, где стояла односпальная кровать вещуньи, тумба, на ней овальное зеркало, прижатое к стене, рядышком продавленное кресло, а по полу были расстелены ковры. Там находилась и сумка с вещами Мирославы. Она достала оттуда хоть сколько-то тёплую кофту, а под неё решила надеть ту же блузку с воздушными рукавами, которую она изначально взяла с собой, чтобы ходить в церковь. Следом она решительно схватила брюки, потому что вариантов особо не было, платье было немного влажным — Мирослава, когда вышла в предбанник, чтобы одеться, бросила на него мокрое полотенце. Да и удобнее было передвигаться всё же в брюках. Волосы она почему-то решила не закалывать, оставив их влажными, волнистыми линиями лежать на плечах и спине. Пиджак свой она пожалела, как и мундштук с портсигаром, проводила их тоскливым взглядом и подивилась странному совпадению: вот же она, собственной персоной, отправляется в ночь и не берёт с собой папиросы. А как была уверена в том, что такому не бывать.

В таком, готовом к непогоде виде, она и предстала перед вещуньей, которая гипнотизировала вид за окном.

— Я не могу тебя отпустить одну, — сказала она.

Мирослава знала, что Ингрид понимает всю необходимость её ухода, но из-за моральных терзаний не может просто закрыть глаза на возможную опасность.

— Не переживай. Ты ведь веришь своим видениям, а там ничего не сказано о том, что я умру, — попыталась она перевести всё в шутку, чтобы облегчить муки совести новоприобретённой подруги.

— Весь смысл этой затеи заключается в том, что мои видения могут ошибаться, а ты заверяешь меня в них, — устало улыбнулась Ингрид.

В её глазах сверкала грусть, которая крохотными осколками подбиралась к сердцу Мирославы.

— Я не умру, — твёрдо произнесла она. — Ты ведь не зря увещевала меня в том, что нужно выбирать жизнь. Сейчас я это и делаю.

Вещунья кивнула, но не утратила сомнений. И всё же она поднялась со скамьи, коротко обняла Мирославу и велела:

— Иди и поспорь с судьбой.

— Всю жизнь этим и занимаюсь, — сверкнула широкой улыбкой Мирослава.

Когда она уже открыла дверь, чтобы выйти в мягкую прохладу, Игнрид окликнула её и сказала:

— Если он придёт, то я не стану врать о том, где ты! Успей до его прихода, иначе он может всё испортить.

— В этом он мастак, — согласно буркнула Мирослава, без объяснений поняв, о ком говорит вещунья, а затем сделала шаг под дождь, закрывая за собой дверь.

* * *

Лес, как Мирослава предполагала, дождь ещё не должен был успеть потревожить, его защищали толстые ветви деревьев и пушистая листва. Когда она оказалась под его защитой, то утвердилась в этой мысли. Только по стволам стекали крохотные капельки воды, и это было пока его единственным вмешательством в жизнь леса.

Мирослава почти без труда добралась, так как запомнила тропу, которая вела к озеру — это было совсем несложно, она выделялась среди других. Она практически бежала до кромки леса, подгоняемая порывами ветра и игнорируя любопытные взгляды тех, кто сидел на крыльце, либо покуривая, либо наслаждаясь ночной тишиной, а как только преодолела его пределы, то и вовсе сорвалась на настоящий бег. Ей было страшно не успеть. Она не знала, что конкретно требуется от неё, тот ли это момент, показанный в видениях Ингрид, но она точно была уверена в том, что ей необходимо побывать на озере одной. Не зря она сегодня подняла глаза к небу и увидела там, набирающий округлость, месяц. Всё было не зря.