Книга Начинающий блоггер или месть бывшей жены, страница 31 – Роксэн Руж

Через час снова вызвал к себе. На этот раз в кабинете было свежо, даже через чур. Если и были мысли, еще на пороге, снять пиджак, то они сразу же замерзли.

— Людмила Константиновна, как вы думаете, есть ли в вашем отделе специалист такого уровня, чтобы заменить вас?

Шутка дня, да? Что-то сейчас мне совсем не понятно… Чем это я ему не угодила? Ручку из-под кресла не достала?

— Незаменимых людей не бывает, — отрезала я, вставая и направляясь к двери. Как и незаменимых мужиков. Ничего, поболит и перестанет. Плавали, знаем.

Зачем только все эти разговоры про опоздание и ключи от машины…

— Людмила Константиновна, а вы куда?

— На биржу труда.

— Людмила Константиновна, может вы сначала дослушаете?

Повернулась. Руки в боки, как та самая сахарница. Самородов опять заскользил по мне взглядом. Ага, посмотри напоследок, не жалко.

— Вам, Людмила Константиновна, я хотел предложить место директора Землестроя. Мне нужен надежный, проверенный, высококвалифицированный специалист, — ох, говорите, говорите, не останавливайтесь. Почувствовала, как межбровка разглаживается. Вот она, гимнастика для лица где.

— Я подумаю, — больше из вредности ответила я. На самом деле, не сразу же соглашаться. Тем более, после такой нервотрепки.

— Вашу кандидатуру одобрили единодушно на совете инвесторов. Если вы думаете, что я… как-то повлиял, руководствуясь личными мотивами, то это не так. Работа есть работа. И вас это предложение ни к чему не обязывает.

Это я и без вас, Александр Дмитриевич, поняла, что не обязывает. Вот получают же все нормальные люди повышение через постель. А я чем же плоха! Высококвалифицированный специалист. Тьфу.

— Я принимаю предложение совета инвесторов. Мои рекомендации по сотруднику, подходящему на место главного бухгалтера вышлю вам на почту. — Айсберг Дмитриевич.

Работа есть работа. Четкая нерушимая граница. Не мог этого раньше сказать? Желательно, до того момента, как я своими телесами натерла, все что плохо лежит.

Колесо фортуны

Утром я встала в самом ужасном настроении, на которое только была способна моя нервная система. Разговор по душам прошел без слов благодарности и признательности в вечной любви.

— Ох, дура я дура. И ты дура. Тоже мне, сосредоточие женственности. Не надо гордиться, женственность у меня, видимо, в другом месте сосредотачивается, а в тебе только дурость.

Вот так и поговорили.

Закончив утренние ритуалы, без особого энтузиазма, я проковыляла нараскоряку к шкафу. Вчера весь вечер полировала пилон, да так рьяно, что Лиза (мой тренер и идейный вдохновитель номера) предложила все таки выбрать другое музыкальное сопровождение. Мои резкие выпады и вздыбленные перед броском кошки не подходили для плавных волн выбранному раннее треку.

Да будет так.

Последнюю неделю перед отчетным концертом мы решили заниматься каждый вечер по нескольку часов. К недосыпу и непроходящим синякам прилагался отличный бонус — лишние кило таяли, словно залежи снега весной. Главное, чтобы без слякоти вокруг.

На работу, как на праздник — день второй. Осмотрела свой гардероб. Его я обновляла как раз в тот момент, когда и не подозревала о жестком правиле, что на работе работу работают, а не навыки пикапа на начальнике оттачивают.

Выбрала офисное платье, на вид вполне себе респектабельное и деловое. Ровно до того момента, пока оно не оказывается на тебе. Глухой верх, немного приталенный силуэт, но вот разрез… Само платье было насыщенным серым цветом. Разрез же был оторочен красной вставкой. И этот небольшой акцент добавлял серому, на первый взгляд, невзрачному платью… секса.