Книга Начинающий блоггер или месть бывшей жены, страница 60 – Роксэн Руж

— Мила, может не стоит? — во второй раз поинтересовался Самородов, жестом предлагая присоединиться к нему на кровати. Это, конечно, хорошая альтернатива, но пока я решила начать со спец эффектов.

Подошла к пилону, напевая под нос мелодию, чтобы ритм создать. Мысленно дала себе обещание установить в спальне хотя бы колонки, с возможностью синхронизации с плеером на телефоне. А пока приходилось довольствоваться "тарам пам пам, тарам пам пам".

Продефилировала вокруг пилона несколько раз. Носочек тянем, спинку прямо держим, попой виляем. Все как положено.

"А теперь, дамы и господа, тьфу, господин, встречайте единственную и неповторимую Милу!" — мысленно представила зрителю саму себя, ставя ногу на пилон, приготовившись. Барабанная дробь (тоже мысленно), и вот я уже на пилоне.

— Мила, — раздалось предостерегающе с кровати.

— Тш, — ответила я, подставив указательный палец к губам. Да, было большой ошибкой надеяться ни силу только одной руки. Раньше такие фокусы удавались, так как весь фокус то и был в том, что ноги цеплялись за пилон. А в капроновых чулках никакого контакта кожи и металла не было. В следствии чего, я прямехонько угодила попой на плиточный пол. И вместо ожидаемой кульминации в виде горячего секса в объятиях не менее горячего мужчины, сверху на меня посыпалась горячая волна матов. Конечно, они не адресовывались напрямую ко мне, скорее Самородов материл сам себя. Но домыслить можно было.

— Саш, а луна растущая нет? — спросила я, утирая кулаком мокроту под носом. Почему-то было обидно не за то, что больно шмякнулась, и не за то, что Самородов неиссякаемым запасом сыплет матами, а потому что капли про… протанцевала.

Попа прошла достаточно быстро, а вот нога нет. После тщательного осмотра моей конечности Самородовым было принято решение ехать в травмпункт. Уже молчащий, просто нервно сопящий Александр впихнул меня в спортивный костюм. Отнес в машину, повернул ключ в замке зажигания и не ожидая, пока двигатель немного поработает на холостых, с пробуксовкой поехал в город.

— Как же вы так умудрились, Людмила Константиновна? Так больно? — спросил у меня серьезного вида мужчина, вертя ногу в своих лапищах.

Перевела взгляд на стоящего в дверях Самородова со скрещенными на груди руками. Проигнорировала первый вопрос. Ну не рассказывать же правду, в конце концов.

— Вот так нет. Ай, а вот так больно, — ответила я на второй, более удобный вопрос.

— Судя по снимкам и внешнему осмотру, можно сделать вывод, что у вас, Людмила Константиновна, расстяжение. Перелома нет. — Посмотрела на Самородова, улыбаясь, мол я же говорила. — В лангете месяц походите.

— Месяц? Я не могу месяц. У нас свадьба… — перевела взгляд на Самородова. А может и не будет никакой свадьбы. Стоя в дверях, с горящими глазами, Самородов меньше всего был похож на осчастливленного судьбой жениха.

— Поздравляю, — буднично ответил доктор, занося каракули в мою личную временную карту.

— Спасибо, — ответил Самородов таким тоном, подтверждая мои страхи, что ни кина ни свадьбы не будет.

— Сейчас пройдите в процедурный кабинет.

Врач отдал мне направление.

Посмотрела на Самородова. Стоит истуканом, ждет, пока попрошу. Сама же не поднимусь.

Да поняла я, поняла, что нечего мне пьяной делать на пилоне. Что уж теперь?!