Книга Редкостная Золушка, страница 26 – Роксэн Руж

Павел не успел ничего мне ответить, так как на сцене, которую до этого момента я не заметила, появился мужчина в деловом костюме и маске на глазах.

— Начинается! — сказала я, переводя свой взгляд, полный ожидания и нетерпения на говорившего мужчину, совершенно не обратив внимания на смешок Павла.

— Дорогие гости! Позвольте поприветствовать вас на очередной встрече, посвященной толерантности. Так как в этом году у нас появились новые участники, что не может не радовать, сегодняшний вечер я хотел бы начать с простых правил этикета, которые должны соблюдать все без исключения. Уж простите, меня, старого нудного мастера.

Вокруг все зашлись в смехе и аплодисментах. Я, конечно, не отставала от общей массы. Аплодировала не жалея ладошек. Мало ли какие у них тут правила этикета на толерантной вечеринке. Тем более, их, эти правила, кажется, зачитывают специально для нас.

— Ведите себя прилично и с достоинством, — начал ведущий. Как он там сам себя назвал? Мастер, кажется. — Если что-то показалось вам недопустимым, нарушающим этикет или правила встречи, не устраивайте разборок. Обратитесь к организаторам. — А с виду все такие адекватные люди. Неужели уже были случаи разборок. Ну, если ты гомофоб, сиди дома тогда, зачем же идешь на такую встречу, не понимаю.

В своих размышлениях немного отвлеклась. Так, надо настроиться на ведущего. Хорошие же вещи говорит.

— Не навязывайте никому общение и свое общество. «Нет» всегда значит «нет». Не касайтесь других людей руками, если только Вы не уверены, что это будет ими воспринято положительно. — Так, понятно Павел, если ты хотел меня коснуться руками, сначала убедись, что это будет мне приятно.

Я бросила быстрый взгляд на Павла, который, кажется, решил прожечь дыру в моем лбу. Зачем же так внимательно смотреть?..

— Без разрешения не берите в руки и не касайтесь чужих вещей, и особенно — чужих девайсов. Если Вас что-то заинтересовало — спросите. — Так, у них что еще и случаи воровства встречались. Посмотрела на свой клатч и пододвинула его поближе. Да, видимо, не все так прекрасно в этом темном царстве толерантности.

— И самое главное и неизменное правило — не вмешивайтесь в чужой экшен. Не давайте советов, не комментируйте громко. Если Вам что-то показалось недопустимым — обратитесь к организаторам.

Что, простите?

Чужой экшен?

— Сейчас наши помощники принесут ваши заказы и начинаем!

Опять раздались громкие аплодисменты, но в этот раз я не хлопала. Меня очень покоробило это слово — экшен. Каким образом я могла бы влезть в него без разрешения?

Мои размышления прервал подошедший к нам официант.

— Ваш заказ, господин, — сказал он, опуская на стол большое круглое блюдо из каленого черного стекла. Перевела взгляд на стол. Чуть не рухнула со стула, когда увидела на блюде флоггер с деревянной лакированной ручкой и кожаными веревочками. А рядом с ним лежал ошейник, при чем явно женский.

Перевела взгляд на Павла. Каменное изваяние без капли человечности. Прямой взгляд, легкая усмешка на губах и вздернутая бровь, словно вызов.

Обвела взглядом остальных мужчин и женщин. Кому-то уже партнеры одевали ошейники, кто-то копошился в своих, как там говорил мастер — девайсах.

— Жестоко, — сказала я, не обращаясь по сути ни к кому. Просто мысли вслух. Так вот значит какой сюрприз мне подготовил Павел. Плата за статью, в которой говорится о домашнем насилии является публичное унижение в виде порки?