Книга Моя! И это не обсуждается, страница 36 – Мила Гейбатова, Мила Синичкина

как раз на то, что я не встречу оборотней и тем более Альфу, поскольку все они будут

отрываться.

Профессор на месте, но отпускать меня быстро он не собирается. А ведь я уже рискнула,

придя сюда. И чем больше времени проходит, тем в большей я опасности.

Но профессору все равно, он все задает и задает уточняющие вопросы.

— Послушайте, – не выдерживаю в итоге, – может быть, для вас удивительно, но у меня

есть и мозги помимо внешности. Я действительно все делаю сама!

— Не нервничайте так, я верю. Скорее проверял, насколько более сложные вещи вы

потянете. Высший балл вам по курсовой, – делает у себя пометку профессор, – а на

следующей неделе решим, что вам дать посложнее. Потенциал нужно развивать.

Я ничего не отвечаю, я рада избавлению. Гордость за заслуженную похвалу пытается

занять свое место внутри меня, но это сложно. За окном темным–темно, и мной

овладевает страх.

Торопливо иду по коридору, нервно оглядываясь назад. Все–таки было ошибкой прийти в

университет после захода солнца, я могла сдать курсовую в понедельник, получила бы

на бал ниже, выслушала бы много нелестного о себе, не страшно. Зато не рисковала бы

столкнуться нос к носу с Альфой!

«Спокойно, Айлин, никого ты не встретишь, в университете нет никого кроме тебя и

профессора, которому ты сдала курсовую, – уговариваю сама себя не разгонять пульс до

критической отметки. – Все студенты сейчас на вечеринке у Дмитрия, им нечего делать

в корпусе поздно вечером, тем более Альфе!»

Здравый смысл говорит мне правильные вещи, да только мое сердце все равно не на

месте. Стучит и стучит, как заполошное, рискуя выдать нас с ним с потрохами.

Заворачиваю за угол, осталось пересечь еще два коридора, и я спасена – окажусь на

улице, где смогу поймать такси и доехать до общежития. Пешком идти опаснее, пусть

тут и небольшое расстояние.

Облегченно выдыхаю, увидев массивные двери и не заметив темной фигуры, отделившейся

от угла.

— Ммм, – доносится до меня сбоку мужской голос, – так я не сошел с ума, ты

действительно существуешь, ты здесь, ты реальна.

Мужской силуэт мгновенно оказывается передо мной, он вырастает высокой фигурой с

серыми глазами и платиновой шевелюрой.

— М–милославский, – испуганно пищу, – отойди, пожалуйста. Не знаю, о чем ты, но мне

пора домой.

— Успеешь, – коротко произносит Милославский. – Ты никуда не уйдешь, маленькая, – он

наклоняется ко мне и по–звериному ведет носом возле моей шеи, от чего по телу

выступают невольные мурашки. – Такая аппетитная, такая сладкая и так долго

скрывалась от меня.

На мое бедро ложится мужская рука и собственнически прижимает меня к себе.

Паника застилает мой разум, но я не оставляю надежду вырваться, мне столько времени

удавалось скрываться, я не могу потерпеть поражение сейчас. Тем более не после того,

что я узнала об Адаме.

— Т–ты ошибся, – произношу дрожащим голосом, – я ни от кого не скрывалась, зачем бы?

Я обычная серая мышь, книжный червь. Видишь, даже сегодня, в пятницу вечером вместо

того, чтобы зависать со всеми на вечеринке у Дмитрия, я пришла сюда сдавать

курсовую. Я абсолютно скучное создание, ты меня с кем–то путаешь.

Под конец моего монолога я и сама верю в собственные слова. А оборотни, особенно

Альфы, чувствуют людские эмоции, у меня должно получиться, я смогу выбраться.