Книга Развод с истинным. Инквизитор для попаданки, страница 67 – Хэля Хармон

— Это вторая моя любимая фраза после «ты всё не так поняла», — саркастично улыбаюсь Инквизитору, сыто откидываясь на бежевую спинку кресла.

— Если ты оборотень, то перекинуть тебя в твой мир… разорвать нашу связь… Не получится.

— Ну… ладно.

Повисает недолгое молчание, потом Ри осторожно продолжает:

— Ты так спокойно реагируешь…

— Жалко, конечно, что я не увижу маму и папу и… остальных. Но нет так нет. Разведусь с тобой просто, по-человечески. И перееду жить подальше. Мне Вика рекомендовала Аштарию и аштарийских кроликов. А ты будешь телепортироваться к дочке по выходным…

— Что?..

— По выходным, говорю. Ребёнок останется со мной. На воспитание твоим служаночкам я её не оставлю. Нечего травмировать девочку. Иначе с какой моделью поведения она вырастет? Будет думать, что мама её не любит. И что все мужчины гулящие, как папа. Не выйдет потом нормально замуж. Будет к какому-нибудь придурку с меткой привязана и не будет знать, что с этим делать, а так… я её научу. Потом сама выйду за кого-нибудь. Кто понравится. В Аштариии той же можно поискать. Может там есть нормальные… Кролик и птица… Будем вместе комбикорм жрать… — продолжаю злорадствовать с самым доброжелательным лицом, накладывая себе четвёртую порцию омлета с грибами.

А Ри проносит свою вилку мимо рта.

Не удерживаю улыбку. Я рада. Маленькая месть. Никак не искупит унижения преданной женщины, а всё ж приятно.

— Ты шутишь, Софи?..

Снова начинаю напевать про косяк журавлей и любовь, которая прошла стороной. На манер пожилых советских рокеров. Но затем решаю внести ясность.

— Понимаешь ли, Ри. Там, где я выросла, женщины не молчат в тряпочку, когда мужчина унижает их своим поведением. Они расстаются. Всё вполне цивилизованно. И ничего страшного…

— Софи!!! Я… никогда бы… — Ри с явным усилием замолкает. Он тяжело сглатывает и миг смотрит куда-то в сторону. Затем снова переводит взгляд на меня.

Зависаю.

— Ты не изменял?..

Миг мне кажется, что Ри хочет отрицательно качнуть головой. Но не делает этого.

— Мы не будем говорить на эту тему, Софи, — Ри криво усмехается, голос неожиданно жёсткий, с металлическими нотками. А в глазах боль, — проблем и так предостаточно. Я даже не удивлюсь, если попаду под трибунал…

Он не успевает договорить.

Двери в наши апартаменты распахиваются с грохотом.

Ри

Массивная двустворчатая дверь распахнулась. Тяжёлое дерево грохнуло о каменную стену. Звук гулко отразился от высоких сводчатых потолков.

На пороге сапфировых комнат замер Алан.

Его глаза горят. Атмосфера в гостиной тут же становится давящей.

Мой король на грани трансформации. Не потому, что не владеет собой, нет. Это скорее для меня. Это предостережение.

— Мой король, — поднимаюсь из бежевых кресел, приветствую Алана коротким уставным поклоном.

Судя по выражению его лица, он ощутил, как близок я был к тому, чтобы нарушить его прямой приказ. Хоть он и прекрасно понимал, что я этого не сделаю. Всё же…я подошёл к черте слишком близко. А наши ставки — слишком высоки.

Для короля моя семья — это то, чем можно пренебречь. Счастье миллионов его подданных против моего. И то очень скоротечного. Алан беспокоится, что я-человек не выдержу и выложу все секреты жене, и я-офицер не успею ничего с этим поделать. Хотя… «беспокоится» — не совсем верно. Скорее даёт понять: если я оступлюсь, последует наказание. И накажут всех.