Книга (древняя) Душевная хозяйка Темного лога, страница 35 – Елена Соловьева

Большая для нас с Дримом кастрюля оказалась слишком маленькой для паучат. Всем досталось лишь по небольшой мисочке. Но даже это вызвало у малышей восторг. Они действительно напоминали пушистые, мохнатые клубки пряжи. Отобедав, они рассыпались по всему дому, изучая его и обследуя. В прятки они играли как самые обычные дети.

Мне их присутствие доставило огромную радость.

Наверное, очень давно особняк Темного лога не видел детской радости. Пожалуй, с тех самых пор, как Пареска была малышкой. Теперь же сами стены, мебель и даже светильники будто прислушивались к новой обстановке. Вначале напряженно, с сомнением. А после начали оживать. Старые половицы поскрипывали в такт детскому попискиванию, тени в углах словно пританцовывали, а пыль, оседая на паучьих лапках, создавала причудливые узоры. Казалось, сам дом, измученный веками одиночества и тоски, наконец-то оживал.

Я наблюдала за происходящим с невольным трепетом. Паучата носились по коридорам, залезали в каждый уголок, исследуя каждый закоулок. Они находили давно забытые вещи, поднимали их своими маленькими лапками и с любопытством рассматривали. В их движениях было столько детской непосредственности и искреннего восторга, что мое сердце начинало биться чаще.

Дрим, кажется, тоже проникся общей атмосферой. Он выполз из своего укрытия под шкафом, когда малыши начали играть в догонялки. Сначала он наблюдал издалека, но постепенно его любопытство взяло верх. Я видела, как он осторожно приблизился к одной из малышек, как они обменялись какими-то только им понятными сигналами, и вскоре уже весь выводок во главе с Дримом устраивал настоящее представление — они кружились в причудливом танце, создавая из своих паутинок удивительные узоры в воздухе. Детские паутинки были совсем тонкими, полупрозрачными. Но при этом они обладали особой силой. Глядя через них на снующих по дому детей, я вдруг представила их обычными. Не паучатами. А просто девочками и мальчиками.

В магических светильниках зажегся голубоватый свет.

В центре гостиной начал формироваться странный светящийся узор. Он появлялся прямо в воздухе, словно кто-то невидимый рисовал его светящимся пером. Линии сплетались в сложный орнамент, напоминающий паутину, но с элементами, которые я не могла распознать.

Паучата замерли в своих движениях, их маленькие глазки-бусинки внимательно следили за происходящим. Дрим, который до этого кружил в танце вместе с остальными, вдруг остановился и издал тихое, вибрирующее посвистывание. Остальные малыши ответили ему тем же, и их голоса слились в странный, но мелодичный хор.

Светильники вспыхнули ярче, и я заметила, как по стенам пробегают голубоватые тени. Они напоминали силуэты людей, но были размытыми, призрачными. Казалось, что сам дом реагирует на происходящее, что древние стены хранят какую-то тайну, готовую вот-вот раскрыться.

Узор в воздухе начал пульсировать, становясь то ярче, то тусклее. В его центре появилось мерцающее пятно, похожее на открытую дверь в другое измерение. Я почувствовала, как воздух становится тяжелее, как в комнате нарастает напряжение. Что-то происходило, что-то важное и древнее, связанное с этим домом и его прежними обитателями.

Паучата, словно повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, начали медленно приближаться к светящемуся узору. Они двигались с удивительной синхронностью, будто ведомые невидимой рукой. Дрим шел впереди, его движения были уверенными и решительными.