Книга Добродетель злодейки. Том 2, страница 7 – Bae Hee Jin

Изана потер виски, вспоминая Джинджер Торте – юную женщину, которая, как имбирь, будоражила его мозг своей остротой. Неужели он приревновал ее к Раре? Поразительно, что он вообще способен испытывать такие чувства.

— Я не виню Ваше Величество. Если Гешут действительно жив, это большая проблема.

— Верно. Раз здесь не место для разговоров, давай вернемся во дворец.

Рара кивнул. Вскоре они сели в карету и направились во дворец.

Они сидели друг напротив друга, но разговор не клеился. Рара расфокусированным взглядом смотрел в окно, погруженный в какие-то мысли.

Изана отметил, что одежда помощника определенно наряднее обычного. Рара предпочитал неброскую простоту, а этот стильный пиджак был совершенно не свойственным для его гардероба. Джинджер сказала, что это не свидание, но Рара, похоже, воспринимал встречу иначе.

Внезапно в памяти всплыла сцена, произошедшая не столь давно: Рара и Джинджер стояли так близко, почти в обнимку. Возможно, именно тогда Изана обратил внимание на то, что Рара смотрит на Джинджер как-то по-особому.

Как бы это назвать?.. То был взгляд мужчины на женщину. В глазах Рары, обычно безразличных ко всему на свете, появился живой блеск.

И появлялся он каждый раз, когда Рара видел леди Торте.

Изана и Рара были знакомы много лет, еще со времен пребывания в башне Тампль. Было бы странно, если бы Изана не проигнорировал в Раре подобную перемену.

Изана спросил, и голос его звучал мелодично, как журчание родника:

— Рара, ты смотришь на Джинджер Торте как на женщину? Скажи честно.

Плечи Рары слегка дрогнули. Он медленно перевел взгляд на короля. Серые глаза за прозрачными стеклами очков сузились. Он на мгновение замешкался, но Изана ничего не упустил.

Изана скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья. Похоже, догадка верна.

Хамель был изумлен. Честно говоря, он не ожидал такого вопроса в подобной ситуации. Садясь в карету, он наивно полагал, что речь пойдет о Гешуте.

Это был его просчет.

Хамель некоторое время молчал и смотрел в черные глаза напротив, наполненные уверенностью. Его господин, читающий мысли, слишком проницателен. Возможно, он уже понял, что Хамель считает Джинджер чем-то большим, чем просто «имбирем».

Сказать честно, что он любит ее? При желании можно солгать. На носу были очки, искажающие мысли. Но Хамель не хотел врать.

В памяти всплыло кое-что сказанное Джинджер: «Хватит ли у меня времени, чтобы желать счастья другим, когда мне его не хватает?»

Это придало ему смелости. Счастье, которого он хотел, – как раз счастье с Джинджер, и он считал правильным признаться Изане. Хамель, который никогда не говорил о симпатии к кому-либо, вдруг обрел решимость благодаря ей.

В ее словах была какая-то магия.

Хамель поднял руку и снял очки. Он не хотел передавать искаженные мысли. Наоборот, он решил быть искренним, даже если Джинджер любит Изану.

Серые глаза Хамеля встретились со взглядом короля.

— Да, мне нравится леди Джинджер. – Тон был спокойным. Удивительно, что он смог произнести фразу так невозмутимо. – А Ваше Величество тоже любит леди Джинджер? – спросил Хамель.

Это был вопрос, на который он знал ответ. Он увидел интерес короля. Хамель провел с ним бок о бок больше лет, чем кто-либо, и не мог не замечать исток чувств.