Книга Развод с драконом запрещен, страница 58 – Ева Енисеева

— Это исключено, — сказала я твёрдо, обнимая себя за плечи. — Я не вернусь.

Ардан смотрел на меня долго и пристально. Борьба читалась в каждом мускуле его лица.

— Тогда… не отходите от меня далеко, Мэри.

И это прозвучало как признание. В том, что он, вопреки всему, берёт на себя ответственность. За меня. За моего ребёнка. За бурю, которую мы с собой несём.

Мы смотрели друг другу в глаза, пока я не кивнула.

Не потому, что согласилась. Потому что другого выхода сейчас действительно не было.

Он протянул руку, чтобы помочь мне снова взобраться на Грозного.

Я помедлила.

Этого было достаточно, чтобы он успел опустить руку и просто взять меня на руки и усадить на коня. На одно краткое мгновение мне захотелось пришпорить Грозного, отправить его вскачь подальше от Ардана, но здравый смысл не позволил этого сделать.

— Вы будете брать меня в охапку каждый раз?

— Если это понадобится, — спокойно ответил он. — Ты очень упрямая, Мэри.

— Спасибо, милорд.

— Это не комплимент.

— Кому как.

Мы ехали долго. И всю дорогу разговаривали. Ардан больше не задавал вопросов ни о драконе, ни о метке, и я постепенно расслабилась. Лёд внутри больше не рвался наружу, не требовал выхода — он просто был. Спокойный. Послушный.

Когда вернулись к замку, Ардан спрыгнул с коня и помог слезть мне. Мои ноги подкосились. Я инстинктивно вцепилась в его плечи, а он притянул меня к себе, не давая упасть.

Его плащ пах холодным ветром, кожей и чем-то глубоким, древесным — запахом самого Ардана. Дыхание перехватило от этой внезапной, всепоглощающей близости.

Я хотела уже отстраниться, но он удержал.

— Лорд Фор…

— Мэри, не двигайся, — сказал он вдруг, и его голос был низким, почти беззвучным, но таким весомым, что я замолчала на полуслове.

Я почувствовала, как он наклонил голову, и его дыхание, тёплое и медленное, коснулось моих волос у виска. Он нюхал меня. Не как человек — как хищник. Глубоко, внимательно, анализируя каждый оттенок.

Внутри всё похолодело. Он что-то почуял? Узнал?

— Что происходит? — прошептала я, держась за ткань его плаща.

— Сейчас ты медленно уйдёшь в замок. Медленно. Без резких движений. И запрёшься в своей комнате. И будешь сидеть в своей комнате. До утра, — отрывисто скомандовал он. — Ты не выйдешь ни под каким предлогом. Поняла?

И что-то в его тоне подсказывало мне, что спорить с ним сейчас лучше не надо.

— Поняла.

Как только он разжал ладони, я медленно от него отошла. И медленно, не оглядываясь, направилась в замок.

Только вот взглядом я наткнулась на симпатичную брюнетку, одну из служанок Кайры. Она стояла, неприкрыто наблюдая за сценой, сложила руки на груди, и её узкое, смышлёное личико было искажено выражением незамутнённого презрения.

Наши взгляды встретились. Её глаза, тёмные и блестящие, как у хищной птицы, скользнули по моему растрёпанному виду, по платью, запачканному дорожной пылью, и на её тонких губах появилась едва заметная, ядовитая усмешка.

Она не сказала ни слова. Не нужно было.

Я заставила себя не опускать глаз. Не отворачиваться. Сжала кулаки, чувствуя, как в ладонях снова зарождается мороз.

Нет. Не сейчас. Я сделала глубокий вдох, представила, как холод внутри затвердевает, превращается не в бурю, а в гладкую, непробиваемую стену. Покалывание утихло.