Книга Бывший. Люблю сильнее, чем раньше, страница 71 – Ева Енисеева

Мы всё ещё висели посередине водоёма, так что я стала быстро переставлять ноги с балки на балку. Страх падения испарился, ведь теперь на сцену вышел страх за Вадюшу.

Артёму передалась моя нервозность.

— Подожди здесь, я сам, — сказал он, когда мы добрались до платформы.

Отцепил свою страховку и стал спускаться по верёвочной лестнице на землю.

Я очень хотела кинуться следом. Хотела проверить, что случилось.

Но именно в таких ситуациях и рождается отцовский инстинкт. В проблемах, которые надо срочно решить. В небольших опасностях.

Если я хочу, чтобы Артём научился быть отцом, надо позволить ему решить эту проблему самому.

С невероятным усилием, я остановила себя и продолжила путь через препятствия.

Спустя пару минуту я услышала голос Артёма:

— Аня, всё хорошо. Просто царапина! Мы всё обработали.

Я с облегчением выдохнула.

— Мама, ты так высоко!

Я посмотрела вниз. Артём и Вадюша стояли задрав головы и смотря на меня.

— Будем ждать тебя на финише! — крикнул Артём.

Мне быстро удалось одолеть последние две полосы, ведь меня ждали двое самых любимых мужчин!

Я спрыгнула на землю. Вадюша тут же обнял меня, Артём смотрел с восхищением. И это мне так… понравилось.

— Я даже не знал, что ты такая ловкая, мам! Ты на самом верху была! Ты так лазила! Просто как обезьяна!

Мы с Артёмом засмеялись.

— Таких комплиментов, я ещё никогда в жизни не получала, — ответила я сыну, а он всё продолжал и продолжал делиться впечатлениями, которых был вагон и маленькая тележка.

Мы распрощались с инструктором, и Артём повёл нас обедать.

Я даже не знала, что в парке открыли такой красивый ресторан! Среди сосен, с собственным прудом во внутреннем дворе, с фонтанчиками, кучей растений и красивыми столиками.

Когда мы выбрали место и сели на веранде в тени за круглый столик, Вадюша тут же начал рассказывать о своих подвигах в верёвочном парке. Его глаза светились радостью.

— Мам, пап, а мы ещё пойдём? — спросил он.

Он вообще часто теперь говорил “мам, пап”, словно ему нравилось напоминать себе и окружающим, что теперь у него есть не только мама.

— Конечно, пойдём, — улыбнулся Артём, глядя на сына с такой любовью и гордостью, что я невольно тоже улыбнулась. — Мы можем приходить сюда хоть каждую неделю, если ты захочешь, — добавил он.

— Каждую неделю? Ура!

Да… Нам с Артёмом надо обсудить вопрос бездумно данных обещаний. Ведь ребёнок это не взрослый, которому можно объяснить, если что-то не получилось. Ребёнок это ребёнок. Он каждое несдержанное слово воспринимает как личное предательство.

— Давайте-ка поубавим пыл, — быстро сказала я и посмотрела на сына. — Не надо вить из папы верёвки.

“Папа”. Как это слово странно произносить. Папа моего сына.

— Что значит “вить верёвки”, — спросил Вадюша.

— Значит, пользоваться тем, что папа пока не очень многое знает о том, как обращаться с детьми твоего возраста.

— Да всё в порядке, — улыбнулся Артём. — Пусть вьёт на здоровье. Будут канаты.

Мы заказали еду, и пока ждали, я наблюдала за Артёмом и Вадюшей. Они казались такими счастливыми вместе. Артём рассказывал сыну смешные истории из своего детства, а Вадюша слушал, открыв рот, смеялся и задавал тысячи вопросов.

Но за всей этой радостью скрывалась моя тревога. Всё, что случилось в течение последних нескольких дней, казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой.