Книга Бывший. Люблю сильнее, чем раньше, страница 77 – Ева Енисеева

— Не пытайся сделать из меня дуру! Что ты о ней скрываешь? — тут же набросилась на него я. — Кто она такая? Почему приехала? Зачем ты её привёз?!

Я и сама не ожидала, что так отреагирую.

Артём открыл заднюю дверь машины и швырнул шикарный букет на сиденье, потом подошёл ко мне, сгрёб в охапку и обнял, пытаясь успокоить.

— Не волнуйся, — сказал, поглаживая меня по волосам. — Я выясню, что происходит. Джес не психопатка, она нормальная. Я уверен, что она оказалась там случайно, просто проезжала мимо по каким-нибудь делам.

Я ухватилась за его руки. Спокойный и уверенный голос успокаивал.

— Красивые цветы, — сказала я.

— Пол часа выбирал, — усмехнулся он.

А потом мы поцеловались.

Его губы теперь были нежными, медленными. Но руки так и остались требовательными. Он — просто сочетание контрастов.

— Я не дотерплю до ночи, — сказал Артём мне в губы.

А я и сама уже сгорала от желания.

— У меня в ледовом есть кабинет, — предложил он.

— Тренировка кончается через двадцать минут, — напомнила я.

— Ну нет, мне нужно больше времени. Хочу брать тебя так долго, что ты забудешь последние пять лет.

Артём тут же усадил меня в машину, сам быстро устроился за рулём, и мы поехали во дворец спорта.

— Как думаешь, мы можем уложить Вадюшу пораньше спать, а сами уединиться в спальне? — спросил он игриво.

— Конечно, после тренировки он будет уставшим, — усмехнулась я.

— Что?

— Какой ты целеустремлённый, когда дело касается постели, — сказала я злорадно.

— Я во всех вопросах целеустремлённый.

— Только не в вопросе с Джес, — ввернула я.

Мы остановились на светофоре и Артём повернулся ко мне всем корпусом.

— Знаешь, твоя ревность даже возбуждает, — сказал он.

— Это не ревность, — возмутилась я. — Материнский инстинкт. Я же видела, как она расстроилась, когда ты развернул её в понедельник, и я точно не хочу, чтобы эта расстроенная женщина находилась рядом с моим сыном!

— Рядом с нашим сыном, — напомнил мне Артём.

Я молча посмотрела на него.

Наш сын. Наш общий сын.

Как же тяжело делиться ответственностью, когда привыкла тащить всё на собственных хрупких плечах.

— Не беспокойся по поводу неё, Анни, — ласково сказал Артём. — Вам с Вадюшей ничего не угрожает.

— Ты расскажешь про неё?

— Несомненно, но не сегодня, — ответил он с присущей ему лёгкостью.

— Почему? — нервно спросила я.

Нет, меня это бесит. Он же что-то скрывает!

— Сначала я выясню, что она там делала.

Я закрыла рот и отвернулась.

— Капитан, только не закрывайся от меня, — улыбнулся Артём и защекотал меня, одновременно ведя машину.

— Прекрати! — разозлилась я.

Он убрал руки.

— Окей, хочешь правды? — спросил он.

— Да! — громко ответила я.

— Там живёт моя мать. И мне самому очень интересно, что Джес у неё делала.

Я никогда не видела маму Артёма. Вот отца — да. Он часто привозил сына на тренировки, когда мы были ещё зелёными. А маму — никогда.

Артём сказал про маму, а у меня в памяти всплыли добрые глаза моей бабушки.

Лето в деревне всегда было для меня особенным временем вплоть до восьмого класса, пока дедули не стало, а бабушка не перебралась к нам с мамой.

Едва заканчивался учебный год, как я с нетерпением ждала поездки на маленький вокзал, где меня встречал дедушка. Они с бабой Тосей жили в уютном доме, окружённом цветущим садом, а рядом был небольшой лесок, куда я любила ходить на прогулки.