Книга Идеальная совместимость, страница 38 – Юлия Резник, Ника Юлианова

Он стоит у окна, когда я вхожу.

— Ты как всегда вовремя.

— Предлагаю запретить опоздания на законодательном уровне.

Владимир смеется. Напряженная атмосфера чуть сглаживается.

Первый консул старше меня лет на двадцать. Но его лицо почти лишено возраста. Без понятия, это заслуга медицины или генетики. Да и все равно, по большому счету, учитывая, что усталость в его глазах не спрятать.

— Рассказывай, — велит он, больше не церемонясь.

— Теа не беременна.

— Да это я понял. Мне больше интересно, к чему тебе понадобилась эта мистерия. Если все вскроется, тебя обвинят в манипуляции общественным сознанием. Что предусматривает весьма строгое наказание.

— Потому мне и нужна санкция.

Он внимательно изучает меня.

— Твоя наглость не знает границ.

— Это не наглость.

Я рассказываю Первому консулу все, что до этих пор знали только я, мой зам и лечащий врач Теоны. Про то, что доза была рассчитана так топорно, что могли пострадать присутствующие, и про то, что Тею спасла случайность. И я, и Владимир понимаем, что опасность для гостей была минимальна, но чтобы полностью развязать себе руки, мне нужно давить именно на вероятность массового поражения.

— Думаешь, тебе удастся сработать быстро?

— Приложу к этому все усилия. И если потребуется, я посвящу этому столько времени, сколько будет нужно.

— Ты не сможешь поддерживать эту легенду долго.

О, где-то я это уже слышал. Но версию Владимира интересно узнать.

— Почему?

Первый консул оскаливается:

— Может, потому, что беременность длится всего девять месяцев? А в твоем случае осталось и того меньше.

— Я планирую управиться гораздо быстрее. На крайний случай легенду можно и трансформировать.

Он усмехается.

— В выкидыш?

— Возможно.

— Нет, Тор. Так дело не пойдет. И ты это знаешь. Допустим, я даю тебе санкцию. Прикрываю твой тыл, если Совет начнёт задавать вопросы, и даже утверждаю на должность министра внутренней безопасности, заведомо зная, что твой социальный рейтинг липовый.

— Зачем же так подгонять события? — делаю непозволительное — перебиваю Первого консула. — Дариан еще не преставился…

Владимир чуть сощуривается. Что? Какого… Я чего-то не знаю?!

— Серьезно? Он…

— Мертв. Так что, да. Серьезнее некуда.

Я не позволяю себе ни паузы, ни тени эмоций, способных выдать мои истинные чувства. Внутри что-то сжимается, но лицо остается неподвижным, как маска.

— Когда? — уточняю бесстрастно.

— Два часа назад. Как я и говорил, врачи не могли его поддерживать долго. Уже нет. Не в его возрасте.

— Значит, голосование на носу? — спрашиваю я.

— Именно так, да. Через сорок восемь часов. Совет не будет тянуть. Вакантное кресло — это вакуум власти. А вакуум у нас быстро заполняется. Не всегда теми, кем нужно.

Ну, уж это мне можно не объяснять.

— Я хочу, чтобы ты занял это место, — заявляет Владимир.

— Тут наши желания сходятся.

— Помимо того, что тебе не хватает реального социального рейтинга, своими жесткими действиями ты нажил себе немало врагов.

— И столько же, если не больше, союзников, — парирую я.

— Да, старая гвардия преимущественно на твоей стороне. Но тебе придется склонить на свою сторону колеблющуюся молодежь.

— И как, по-твоему, я должен это сделать? Разослать им конфеты?

Владимир не улыбается.

— Достаточно показать себя. Большинство ведь ничего о тебе не знает. И питается исключительно домыслами, которые легко разрушить при личной встрече.