Книга Его строптивая любовь, страница 150 – Ирина Коняева

— Я знаю, — коротко ответила женщина, убирая её в ящик стола и запирая. — Что–нибудь ещё?

— Нет, пока достаточно. Благодарю, — с поклоном отозвалась я, затем подумала, что красавчики–шпионы могут находиться неподалёку, а встречаться с ними я не хочу. Посмотрела на тёмную нерешительно.

— Вам стоит поесть, вы очень худенькая и бледная, вам не хватает сил и нужно их восполнять сном, полезной едой и медитацией, — заметила та.

— Уже поздно, столовая не работает.

Женщина изогнула бровь и так на меня посмотрела, словно говорила: «Девочка, в своём ли ты уме? Для тебя всё здесь работает круглосуточно и так, как надо». А может, я не права, и она посылала иную мысль, например: «Тебя там ждёт моя подруга повариха, так что не тупи, девица, шурши ножками, куда велено».

Ещё раз поблагодарив даму, направилась к выходу. В библиотеку как раз заходили мои «внезапные воздыхатели» в окружении стайки девушек. Явно ведь про мою душу. А я ухожу! Усмехнулась про себя.

«Ах, подите–посмотрите, прямо–таки без фан–клуба уже и не передвигаются, боятся меня, видимо», — дал комментарий внутренний голос.

Кивнула парням и, ловко обогнув их компанию, выскользнула за дверь. Язык пришлось натуральным образом прикусить — боялась съязвить о том, до чего похвально такое стремление к знаниям. Сейчас любая моя фраза могла послужить им возможностью развернуться и пойти со мной. Я буквально слышала ответ Ликса на этот выпад: «Стремиться за такой девушкой куда интереснее!»

И всё! Потом не избавишься от этого коварного типа. А меня есть отправили, и делать это лучше в спокойной обстановке, а не зарабатывая несварение от «окружающего пейзажа», троица своими широкими спинами иного вида мне не оставит.

Ровным шагом продефилировала в столовую, где, к сожалению, не нашла свою любимую повариху, зато обнаружила дежурного поварёнка, который моментально налил мне чашку бульона с травами и выдал корзинку с пирожками, а затем, пока я ела, принёс небольшую корзину разноцветных ароматных фруктов и поставил на стул рядом.

— Всё съесть сегодня до сна, — велел он неожиданно строгим и низким голосом. — Каждый день приходи в это же время. Бульон лечебный, тебе нужно его пить постоянно. Ну–у–у, долго ещё. Так в меню написано, — сообщил он план по восстановлению моего здоровья.

— Спасибо большое, — ответила с поклоном.

Поварёнок удалился за стойку и больше не показывался, я же жевала и размышляла, кто взял надо мной шефство — сама Академия или все взрослые тёмные, которые увидели во мне маленького и беззащитного, оставленного родителями ребёнка? Отчего–то казалось, что верны оба варианта.

После ужина я решила прогуляться, но на миг подумала, не опасно ли это. Завтра первый учебный день, студенты уже вернулись и наверняка прежнего уединения я не найду. А оборотни… Вдруг столкнусь ночью ненароком, испугаюсь и ударю тьмой, выдав себя с головой?

«Огнём бей», — посоветовал сонный и вялый Огонёк, и я поняла, что зря не взяла ему еды.

«Яблочко будешь?» — спросила, направляясь к любимой беседке, где были чаши для стихий — чтобы студенты медитировали, отдыхали и тренировались.

«Яблочко ешь сама, а мне — корзинку», — тут же откликнулся троглодит, но прежней активности от него не чувствовала.

«Мне по голове потом настучат в столовой, лучше соберу тебе трав и веток».