Онлайн книга «Его строптивая любовь»
|
На всякий случай извинилась перед зданием, но из–за смущения речь была короткой, суховатой и скованной. Надеюсь, она простит мне некорректное поведение после сложной инициации и в целом непростого дня. — Рагнар, а далеко Хрустальная башня? — спросила, когда мы вышли на улицу, где царила кромешная тьма. Я погладила её кончиками пальцев, опасаясь позволить себе большее, но Тьму ничто не смущало, она обвила мою руку, поползла под одежду, обволакивая тело прохладной защитой. Тревоги и сомнения тут же отступили, и я расслабилась, улыбнулась. — Мне не нравится, что ты теряешь силы после любого использования магии, — проговорил Рагнар вместо ответа и, подхватив меня на руки, понёс. — Что–то здесь нечисто и нужно срочно разобраться, что. — Есть и свои плюсы, — пробормотала, удобно устраиваясь на тёплом, надёжном брате и подавляя зевок. Меня чмокнули в щёку и молча понесли дальше. Я уже почти заснула, когда активизировался Огонёк. «Неужели ты не понимаешь, что хитромордый драконище тебя приручает? Он понял, что тебе нравится кататься у него на руках и теперь при любой оказии хватает тебя и несёт». «Ты сказал, ему можно доверять», — справедливо заметила я, ещё и обиделась немного — не даёт расслабиться после трудового дня. Я заслужила эти ручки! «А разве я говорил, что мне и моим словам можно доверять?» — ошарашил Огонёк заявлением. — «Алессаль, девочка, ты в магическом мире, где каждый печётся лишь о своих интересах». «Ты говорил! И я верила», — призналась расстроенно. Руки поневоле сильнее сжали плечи брата, словно в том я искала поддержки и уверенности, и не готова была расстаться с мыслью о безопасности и покое, что он мне дарил. «Ладно, нам действительно можно. И всё же возьми за правило задавать себе один простой вопрос — почему. Почему ректор сбежал с бала, куда был приглашён лично повелителем? Почему леди Ирис сделала тебе одолжение, хотя не должна была? Почему Рагнар за простую услугу, как тебе показалось, так дорого расплатился? Признать магический долг — это серьёзное обязательство, отпечатанное на теле особой меткой. Думай, Алессаль! Думай чаще. Это полезно», — крайне ехидно закончил Живой Огонь. «А почему у меня такое истощение после любого применения силы?» — уточнила, сообразив, что кое–кто настроен читать нотации и вполне может проговориться. «Потому что ты не замкнула контур. Что–то держит тебя в старом мире. Что–то настолько важное, дорогое, ценное и редкое, что Эрмид не может тебе дать. Именно это истончает твои силы и будет продолжать это делать», — объяснил Огонёк. — «Это может быть любая мелочь — любимое печенье, о котором ты тоскуешь, колечко, забытый артефакт, недописанное стихотворение. Ты постоянно вспоминаешь об этом, грустишь, эта вещь тебе снится». «Это не вещь. Это моя лучшая подруга, её зовут Татьяна», — без труда вычислила я источник своей слабости в новом мире. «Отлично!» — съязвил Огонёк и дал совет: — «Сообщи Рагнару, что ему тебя носить все пять лет до открытия прохода в твой мир». «А если я не захочу, чтобы Таню сюда переселяли насильно? Вдруг у неё нет магических способностей? Вдруг ей не понравится…» — Я говорила и понимала, что Танька бы уже стояла с чемоданом, сообщи я ей о других мирах, наполненных магическими расами. Её бы вряд ли остановили упомянутые мной аргументы. Другое дело, как отнесутся к переезду дочери в другой мир родители! Я‑то здесь с мамой. Имею ли я моральное право её пригласить в Эрмид, учитывая обстоятельства? |