Книга Истинная под елкой, страница 25 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

— Задушишь, — смеется Катя, а я боюсь отпустить ее.

Вдруг она исчезнет? И всё это окажется лишь сном. Я проснусь на кладбище напротив могил Геллы и Аси с погибшими цветами в руках.

— Давай еще немного так постоим, — впитываю тепло ее хрупкого тельца, — я очень счастлив, Кать.

— И я, — улыбается, — так счастлива, что тебя тогда встретила!

— А я твой шар разбил, — беру ее ладошки и целую, — прости, пожалуйста, милая моя. Будет тебе новый шар.

— Правда⁈ А я уж подумала, что это была моя плата за то, что я тебя встретила, — нежно улыбается.

Мягко освобождаю Катюшу от полотенца.

— Ты вся ледяная, — хватаю девушку на руки и ставлю в ванну под заранее настроенную горячую воду, — вот так! Погрейся, Катенька.

— Иди ко мне! — она тянет меня к себе. — Теперь ты мой оборотень, и я тебя не отпущу!

— Уверена, что мы поместимся тут? — с сомнением ставлю ногу в ванну. — Может, я просто тебя помою?

— Но я тоже хочу тебя помыть! — дует губы Катюша.

— Ладно, — сдаюсь.

Здесь очень тесно. Катя жмётся ко мне, я слышу ускоряющийся ритм ее сердечка. Обнимаю девушку за спину. От ощущения под пальцами нежной кожи тут же завожусь.

— Яр, — тихо говорит девушка, — ты правда настоящий? Не сон? Может, я просто упала и ударилась головой и сейчас замерзаю где-то в сугробе?

— Самый настоящий оборотень, — хохочу.

— Поцелуй меня, — умоляюще смотрит.

А меня просить дважды не нужно. Я резко впиваюсь в желанные губы. Сильнее прижимаю истинную к себе. Хочу дать ей почувствовать себя в безопасности.

— Ты больше не одна, милая, — мурчу, стискивая круглую попку Кати, — твой волк никуда не денется от тебя.

— Поклянись… ааах! Ммм! — откидывает голову, подставляет грудь для поцелуев.

— Клянусь жизнью, моя девочка… если я куда-то и уйду, то только вместе с тобой! — рычу, готовый на всё ради улыбки этой малышки.

Сложно описать всю гамму чувств, когда ты находишь свою пару. Это и эйфория, и страх, и волнение. Всё это настолько сильное, что кажется, будто грудная клетка сейчас треснет…

— Ммм! Яяяр… хорошооо! — стонет Катя, когда я нахожу губами ее грудь и ласкаю сосочки.

Сама того не осознавая, она тянется всё ближе ко мне. Раскрывается, впуская мою волчью суть прямо в душу. А мне только это и нужно. Заполучить, покрыть, защитить.

— Иди сюда, — подхватываю истинную под попку, она обезьянкой повисает на мне.

— Ай! — испуганно смотрит.

— Не бойся, — целую Катю в губы, а сам аккуратно насаживаю на член, — если больно, скажи…

— Ммм, — кряхтит она, а я не понимаю.

— Больно?

— Немного, но… — в ее взгляде плещется желание, — продолжай. Мне очень хочется снова это почувствовать. Так приятно… — Моя девочка, — я держу ее, совершенно не напрягаясь, опуская ниже и ниже.

Кайфую от того, как горячая мокрая плоть смыкается вокруг моего члена. Катя сама не понимает, насколько сексуальна…

Её стоны сводят с ума нас со зверем. И мы оба готовы пасть к ее изящным ножкам, делать всё, что истинная попросит… лишь бы вновь и вновь слушать эти ласкающие слух звуки…

Катя

— А ты мне покажешь свою волчью форму? Твой волчек тоже рыжий? — хихикаю, сидя за столом на кухне в рубашке своего мужчины.

Мой оборотень нарезает овощи, пока в кастрюльке варится картошка и морковка для салатика. В другой — яйца. Рядом со мной в мисочке протертый сыр.