Книга Академия Форхиллз, страница 114 – Дарья Сорокина

— Шон, Виви не убийца и не сумасшедшая, я был в ее мыслях. Мне правда жаль, что я выложил все тете. Думал, она поможет нам… Я ошибался.

Хорошая попытка. Но мне все еще насрать.

— Помоги нам. Мы вернем тебе то, что забрала Шарлотта.

— Нет. Идите к черту. Охра…

Джез метнулась ко мне со скоростью пантеры и зажала ладонью рот.

— Мы предвидели это.

Дальше эти трое повалили меня на пол, заломили руки за спину и начали их связывать. У меня на рту тут же оказался тугой скотч. Какие знакомые ощущения, я снова не могу говорить, а тело опять стало тюрьмой.

— Зайду к тете, — обреченно выдохнул Лиам.

— Выкрадешь игрушку? Думаешь, госпожа Торнхарт идиотка? Она сразу все поймет!

Ха, о моей бабуле Марша была явно более высокого мнения, чем обо мне.

Они снова начали мучительно накидывать идеи для моего спасения. Могли бы спросить меня. Я не хочу спасения. Мне хорошо. Никаких мыслей, никакой боли. Идеально.

Джезабель изучала мои художества на потолке и полу, пока ее взгляд не зацепился за что-то на ковре, он подняла крошечное испачканное краской сердечко, и мое настоящее пропустило удар, а затем сжалось от тоски.

— А что если…

Она приложила его к моей груди, и у меня защипало глаза. Шипел на нее сквозь скотч, посылал проклятья. Я не хочу. Не надо. Там не ждет ничего хорошего. Лучше я буду ненавидеть Виви, забуду о ней, чем услышу, что ее больше нет. Я не вынесу. Просто не вынесу.

— Шон?

Сморгнул слезы и задышал чаще.

— Задери ему футболку. Приложи ближе к коже, — руководила Марша. Если бы я не знал ее так хорошо и не был в курсе, по кому на самом деле болит ее душа, подумал бы, что она хочет поглазеть на меня без одежды.

— Это что за хрень такая?

Я даже сам попытался посмотреть, на что они так уставились.

— Это кровь или краска?

Вытянул шею и увидел у себя на груди тонкие порезы. Старые шрамы обнажились и кровоточили. Но даже я заметил, что они идеально повторяют контуры крохотного тряпичного сердечка. Марша не церемонясь прижала ко мне этот недостающий кусочек пазла, и я завыл прямо в чертов скотч.

Авелин и охранник в больнице, а Виви пропала, какого черта, мы все еще здесь.

— Шон?

Я изо всех сил надувал щеки, чтобы сдуть скотч. Крутил запястьями, сдирая кожу в кровь.

Лиам содрал с моих губ ленту.

— Быстрее, — рычал я. — Развяжи.

— Ты вернулся? — спросил он.

Как будто не видно, черт возьми.

— Развяжи!

Когда мои руки оказались свободны, прижал ладонью сердечко.

— Дайте свежий скотч, — командовал я.

— У меня был только один кусок.

Закатил глаза. Вытащил из ящика иголку с ниткой.

— Вденьте кто-нибудь.

— Ты совсем больной? — спросил Лиам, и я одарил его безумной улыбкой, мои губы все еще жгло от клейкой ленты.

— Да. Живо.

— Меня сейчас стошнит, — прокомментировала Марша, но нитку вдела.

— Кому мерзко, можете отвернуться, — посоветовал я и принялся пришивать кусочек ткани на место. Никогда еще боль не доставляла мне столько удовольствия, никогда еще я не чувствовал себя настолько живым.

Надеюсь, когда мы разберемся со всем этим дерьмом, Виви вновь влюбит меня в себя, или сошьет нового Шу. Не хочу жить в мире, где мной не управляет это сладко-болезненное рабское чувство.

Завязал узелок и оторвал зубами нитку.

— А теперь, Лиам. Мне нужна твоя одежда и мой байк.

* * *