Книга Мой талантливый враг 2, страница 39 – Дарья Сорокина

— Хватит, Кай! Прекрати звать меня так, – в моём голосе появились плаксивые нотки.
Дожал меня все-таки, довёл до слёз. Знает же, как сильно я переживаю из-за моих ушей. Это с детства у всех любимый повод для шуток. Каких мне только прозвищ не давали, и этот туда же! Тогда мне было просто обидно, но терпимо. Но когда дразнится симпатичный парень, это совсем другое...  Ума не приложу почему сейчас меня это так зацепило!

Увидев, как я растираю по щекам слезы, Кай вдруг переменился в лице, в его ледяных глазах даже что-то похожее на вину появилось.

— Прости, Шайло. Увлёкся. У тебя очень красивые ушки. Без шуток.  Давай ещё один прогон. Финальный. С меня мороженое в качестве извинений за твои слёзы. Ты какое любишь?

— Да пошли вы, Ваше Высочества. Я же толстая. Ты вчера у меня бока искал. А слёзы эти от усталости, понял? Меня уже тошнит от репетиций с тобой.

— Понял. А бока я не нашёл, ты в отличный форме, Шай, – совершенно искренне признался он. – Брось, я не со зла всё это. В военной академии девушек не было, и мои манеры немного заржавели. Я три года лямку тянул, пока семья не сжалилась. И это хорошо, что у Острайха нет флота, так бы я все пять лет не видел девушек.

— Ты думаешь, мороженого и отговорки про военную академию достаточно, чтобы я забыла, что ты за человек такой? На сегодня закончили, я делаю растяжку и ухожу.

А я прямо храбрости набралась, огрызаюсь члену королевской семьи, а он улыбается сидит, словно ему нравится моя ответная дерзость.

Решила игнорировать его присутствие, легла на спину и потянула правую ногу. Как доберусь до общежития, обязательно приму теплую ванну, чтобы смыть с себя потные прикосновения Хапсбергера. На мне уже мест не осталось, где он меня не трогал.

— Давай помогу, – подсуетился Кай, поймал меня за икру и мягко потянул.

Я даже возмутиться не могла, чуть напрягусь и заработаю себе растяжение. Вот же гад, застал меня врасплох и теперь я в очень недвусмысленной позе лежу под ним с задранной ногой.

— Расслабься, Ушки. Я буду нежен и осторожен.

Продолжает издеваться, наклоняется все ниже и уже в плечо себе мою ногу упёр.

— Столько возможностей, да?

— Понятия не имею о чём ты, – равнодушно ответила ему, стараясь не замечать, что он почти лег на меня, вот только щеки мои пылали, словно я их мазью разогревающей натерла.

— Я про танцы. Ты гибкая, Шайло. А ты о чём подумала?

Точно не о танцах. Когда симпатичный парень, на руках у которого ты проводишь почти все свободное время, говорит тебе что-то подобное, внутри все перетряхивает вверх тормашками. Пусть он бесит меня, путь его подкаты очень пошлые и местами неотесанные, но он все же мужчина. Даже в чёртовом трико он выглядит не менее мужественно, чем в военном мундире. Ткань очерчивает каждую его проработанную мышцу и не только. Девушки в академии приходят на его выступления не ради искусства, а чтобы поглазеть на самого красивого и пока ещё свободного из Хапсбергеров, который в этот миг принадлежит мне.

Поддаться игре? Сколько у него таких партнёрш в запасе? Ума не приложу, что он нашёл во мне. Я безродная Хангрийка,  мои братья не в ладах с законом и короной Острайха. Семья Кая никогда такой выбор не одобрит, для него я просто интересный опыт, чудачка с оттопыренными ушами. Или я просто дольше остальных сопротивляюсь? Так вот, я уже на грани безоговорочной капитуляции. Милош годами не отвечал на мои чувства, не видел во мне девушки, и вот сейчас мне дают то, чего я хочу, так зачем отказываться? Завтра мне будет стыдно и гадко, а Кай поставит в своём дневнике галочку и начнёт окучивать новую балерину.