Книга Найди мои кости, страница 117 – Дарья Сорокина

Я сдавленно кричала, заливаясь слезами, одно-единственное имя. Умоляла его спасти меня, спасти мои воспоминания о нем. Но ничего не происходило. Андрей не пришел, а игла беспрепятственно вонзилась мне в шею, разливая по телу бесконечную слабость и покой.

— Он не придет, Крис. А знаешь почему? – Витя наклонился к моему уху и прошептал, обжигая нестерпимым холодом: – Я убил его, Крис. Совсем скоро не останется никого и ничего, что напомнило бы о нем и заставило бы его вернуться с того света. Сегодня ты снова будешь моей, Крис. Моя Крис.

Не было сил даже испугаться нависшей надо мной угрозы. Мысли вяло и невнятно шевелились в голове, пока сознание окончательно не провалилось в черную беспросветную дыру, в которой для этой меня больше нет надежды.

Это было лучшим пробуждением за всю сознательную жизнь. Мой лоб гладила нежная рука, а ласковый голос шептал, что пора вставать. Недовольно пробормотал маме, что у меня болит живот и в школу я не пойду. Странно. На самом деле я ведь хочу в школу, но моя сиделка и лечащий врач говорят, что мое желание как раз странное. Если бы я походил туда чуть больше месяца, то изменил бы свое мнение.

Я сладко потянулся в кровати и поставил ноги на пол. Сильные здоровые ноги и такое же здоровое тело, которое не мучается от постоянной тошноты и головокружения. Это точно я?

— Андрей, давай уже шевелись. Если не поторопишься, отец без тебя уедет, будешь на автобусе добираться, – крикнула мама откуда-то из глубины квартиры.

Андрей, мама, школа? Но это не мое имя, у меня нет семьи, а школу мне заменяет приставленный к поликлинике педагог. Она собирает всех детей в одной палате, делит на мини-группы в зависимости от класса, и мы пытаемся наверстать программу. Вернее, остальные наверстывают, а для меня это основное обучение. Мои одноклассники выписываются, приходят другие, но и они уходят в большой мир.

Видение слегка дрогнуло, но я удержался в новой реальности еще немного. Тот другой я, которого звали Андреем, лениво побрел в ванную и заспанно оглядел себя в зеркало. Каштановые взъерошенные волосы, следы от подушки на лице и прищуренные глаза. Он морщился от яркой лампы, и на его щеках появлялись ямочки. Высокий, тощий подросток, возможно даже мой ровесник. Я засмотрелся на него, чувствуя странное родство с этим парнем, захотел узнать его поближе. А потом… Я слишком громко о чем-то подумал, и он услышал. Андрей встрепенулся и уставился в зеркало пронзительными черными глазами. Я испуганно сделал шаг назад, и меня тут же вытянуло из ванной комнаты и швырнуло обратно на больничную койку.

— С возвращением, Витя, – радостно сообщил мой официальный представитель, приехавший со мной из московской клиники в Германию.

— Здравствуйте? – прошелестел я в ответ.

На меня выделили денег из фонда поддержки сирот, собрали что-то в соцсетях, и даже по телевидению пустили ролик. И вот я прилетел за вторым шансом. На самом деле все выглядело сплошным везением – в базе обнаружился донор, подходящий мне как брат-близнец. В противном случае меня не ждало бы ничего хорошего. Да и сейчас я боюсь спросить Алексея Константиновича, как прошла операция. Тупо таращусь в его очки-хамелеоны и вижу в отражении парня, больше похожего на карикатурного инопланетянина: лысая голова, впалые щеки и глаза в пол-лица.