Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 31 – Леси Филеберт

Он просто лечил меня, вообще-то!!!

«А-а-а, ну да, ну да...»

Пока я возмущенно сопела, Лукас приоткрыл окно, и сова тут же вспорхнула в помещение, уселась на плечо своего хозяина, наклонила голову и издала короткий, гортанный звук. Лукас слушал очень внимательно, и его лицо становилось все более серьезным.

— Она говорит, что ей стыдно за свою беспомощность тогда, на полигоне, — сказал он, глянув на меня. — И что я тебе обязан жизнью. Если бы не ты, я бы стал вечным украшением той площади. Так что... спасибо еще раз. Кажется, я твой вечный должник.

Я пожала плечами, стараясь выглядеть скромной.

— Пустяки. Не могла же я пройти мимо такого, хм... выразительного ледяного памятника.

Но Лукас не улыбнулся. Его взгляд стал пристальным, изучающим. Сова снова что-то проскрипела, на этот раз более настойчиво.

— Она также сообщает любопытную деталь, — продолжил Лукас, и его взгляд стал более хищным. — Что ты пришла не со стороны официального входа на полигон. Ты появилась с противоположной стороны, с той, где обрыв и река. Той, что окружена неприступными скалами, и где нет никаких дорог.

Воздух в палате, казалось, стал густым, как кисель. Даже стоны раненых отступили для меня куда-то на второй план. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с магией.

Так, вот теперь моя легенда трещала по швам. Нужно было что-то срочно придумать... Что-то бредовое, но хоть сколько-то правдоподобное...

— Люблю прогулки по труднодоступным местам, — улыбнулась я. — Не знала, что меня ждёт на полигоне, и попыталась обойти его по внутреннему контуру.

Я сияла на него самой невинной улыбкой, какую только могла изобразить. Внутренне же готовилась к тому, что он сейчас выхватит свой ледяной клинок и потребует ответов на другом языке.

Лукас несколько секунд молча смотрел на меня. Его желтые глаза, казалось, сканировали каждую черту моего лица, каждую микроскопическую дрожь.

— Прогулки по неприступным скалам Валтарии, значит, — повторил он, медленно выговаривая каждое слово. — Прям споткнулась и упала прямиком на самый охраняемый испытательный полигон. Обычная история, конечно.

Ну-у-у не знаю насчет охраняемости, я легко проплыла на полигон по реке, не почувствовав никаких преград. Надо полагать, что никому в голову не приходило плавать в ледяных реках Валтарии, и, скорее всего, важным был именно тот момент, что я проплыла невидимый барьер под водой, а не над водой. Но сам факт так себе охраны имелся. Если бы дело было у нас, в Лакоре, то такая ситуация не возникла бы.

Лукас склонился еще ближе, так, что его губы оказались в сантиметре от моего уха, и неожиданно горячо прошептал:

— Знаешь что, ледяная фея? Ты — худшая лгунья, которую я встречал в жизни. И чрезвычайно интересная.

От горячего дыхания по шее пробежала дрожь, и я шумно выдохнула через нос.

Лукас чуть отстранился и глянул на меня с загадочной улыбкой.

— Но я уважаю чужие секреты. Особенно если...

Он очень резко положил ладонь мне на точку солнечного сплетения, глаза его вспыхнули ярким желтым свечением, и от его ладони по мне волной прокатился жар, заставивший моего внутреннего зверя встрепенуться и поднять голову.

Я охнула от неожиданной энергетической волны, резко оттолкнула от себя руку Лукаса, но было поздно: глаза мои вспыхнули драконьим пламенем, и зрачок стал вертикальный.