Книга Проклятье для вождей орков, страница 17 – Эстер Рейн

Тем временем тонкие кусочки мяса были уже готовы. Разложив их в деревянные миски, Крог̕ хаун протянул одну мне. Я взяла, но кусок в горло мне не лез.

— Ты должна есть. Духи наказывают тех, кто пренебрегает едой, – строго произнес орк.

Я откусила кусок и стала жевать. Мясо было вкусным, и желудок тут же отозвался на пищу. Но главное – я не вызвала недовольство у вождя.

— Так лучше, – сказал он, одобряя. – Пища не только для тела. В ней сила. Живой ест. Тот, кто сдался – нет.

Я не нашлась с ответом. Вместо этого поправила съезжающую с тела колючую ткань.

Крог̕ хаун проследил за мной взглядом, а затем встал, подошел к одному из сундуков у стены, откинул крышку и стал рыться. Вскоре он выудил оттуда какой-то сверток.

— Одень это, ткань на тебе вся изорвана.

Я взяла и развернула одежду. Это была мужская туника без рукавов, с запахом костров и трав, и еще, кажется, хранила запах самого Крог̕ хауна.

— Мне давно мала. Бегал в ней мальчонком, но тебе будет в пору, – пояснил орк.

— Спасибо, – я коротко кивнула, а затем натянула тунику поверх грубой ткани, только после этого избавилась и от нее.

Покрытая ссадинами и синяками кожа сразу же испытала облегчение. Теперь ничего не раздражало и не кололо, хотя я все еще чувствовала себя слишком обнаженной, не прикрытой. Может быть, все дело было в пристальном взгляде вождя?

— Ты когда-нибудь использовала свой голос? – спросил он, возвращаясь к своей миске с едой.

— Может быть, неосознанно. Я не знала, что мой голос обладает какой-то силой, пока на одну девушку из моей деревни не вышел медведь. Тогда я запела, чтобы просто успокоить его. Но… меня обвинили в колдовстве и хотели сжечь.

— Неужели люди стали бояться певчих? – удивился Крог̕ хаун.

— В моей деревне никто не помнит о певчих.

— У людей такая короткая память, – орк покачал головой. – Наша память жива. Потому не пой. Иначе даже я не смогу тебя защитить. Не смогу казнить снова из-за тебя, не вызвав протест в племени.

— Прости, я не хотела, чтобы так вышло.

— Твоей вины нет. Я знал, что нельзя доверять Эр’Муку, и все же не предполагал, что он пойдет против моей воли. Страх затмил его разум. Он принимает твою хрупкость и красоту за оружие. Жаль только, этот скользкий старик скрылся. Но теперь я понимаю, что поставило Драх’эна на колени.

— Он не стоял передо мной на коленях! Просто нагнулся, чтобы нанести мазь на ожог. Шаман подглядывает за тенями и толкует их так, как ему выгодно.

— Может и так, девочка. А может, он видел намного глубже, чем ты думаешь. Не стоит недооценивать Эр’Мука. Ведь он сумел убедить меня в том, что ты опасна.

Я поежилась. Слова вождя подтверждали мои опасения – шаман опасный противник, и он так просто не отступит. И, возможно, мой враг не Крог̕ хаун, а именно Эр’Мук. По крайней мере, вождь не собирался меня убивать и не был ко мне жесток без причины, а шаман жаждал моей смерти.

— Крог̕ хаун… – позвала я, пробуя его имя на языке.

Орк удивленно поднял взгляд.

— Спасибо за завтрак.

— Не стоит благодарить. Я же не собираюсь уморить тебя. Лучше давай займемся твоими ранами.

Орк открыл баночку, которая стояла поблизости, и поманил меня к себе. Я поднялась и встала напротив. Вождь притянул меня ближе, чтобы ему было удобнее, горячее дыхание защекотало мне шею, а мужчина осторожно стал снова смазывать мои раны. Его пальцы очень нежно и чутко скользили по моей коже.