Книга Изгнанная с позором, страница 60 – Нита Вольская

— Насколько я могла заметить, эти волкодавы очень даже слушаются своих хозяев.

— Поэтому я и уверена, что здесь живёт ведьма. А может даже две. Дочка хозяйская как две капли воды на мать похожа. Наверняка тоже ведьмовское отродье…

— Так, Мара, прекращай страху нагонять! Мне и так не по себе. У этого должно быть логическое объяснение. Уверена, что, если волкодавов взять щенками, и воспитать как собак, то они будут себя вести как собаки.

Говорила, и само в это слабо верила. Некстати вспомнился взгляд Ольги, от которого у меня бежали мурашки по всему телу…

— Давай просто с благодарностью примем гостеприимство хозяев, — завершила пугающий разговор, — переночуем, а завтра поедем своей дорогой.

— Главное дожить до утра. — никак не унималась служанка.

— Мара! — прикрикнула.

— Простите, госпожа. Просто мне страшно.

— Так ты сама эти страхи и нагоняешь. Ещё и меня пугаешь. Разговаривала я с Ольгой. Мне она показалась очень образованной женщиной.

— Во-от. — не прекращала гнуть свою линию Маруня. — Откуда тут взяться образованной? А ведьмы свои знания из поколения в поколение передают, потому они такие умные.

— Так, закрыли эту тему. Тебя послушать, так и я, получается, тоже ведьма?

— Вы — госпожа. Вам с детства грамоту преподают…

— Мара, всё, заканчивай. Мы ничего не знаем об этой семье. И знать не хотим. Понятно? Ночуем, и едем своей дорогой. Ты всё поняла?

— Да, госпожа.

— Вот и славно.

Выходя из бани, наткнулись на Лиру.

Меня от неловкости бросило в жар. Как давно девушка тут стоит? Что успела услышать? Стыд-то какой: они нам ночлег предоставили, а мы их обсуждали, да ещё и ведьмами называли.

С укором посмотрела на свою служанку. Но она это вряд ли заметила. Кажется, у неё от страха вообще мозги отказали: стоит со стеклянными глазами, и почти не дышит.

— Пойдёмте в дом. — вернула в чувства девушка. — Стол уже накрыт, еда стынет.

Я кивнула и пошла первая. Мара замкнула строй.

За столом я всё ещё чувствовала себя неловко, и потому сама разговор не заводила. Лишь иногда отвечала на вопросы, если они были заданы мне.

Ольга, как и обещала не лезла с расспросами о личном, мужчины обсуждали дороги, а Мара и Лихда вообще сидели ни живые, ни мёртвые. И ели только то, что с собой привезли: продукты из узелка, который так старательно обнимала повариха, тоже стояли на столе.

Хозяйка это заметила, но ничего не сказала, лишь едва заметно усмехнулась.

Мне за поведение своих девчат хотелось сгореть от стыда, поэтому я сглаживала как могла: налегала на хозяйские блюда, нахваливая вкус рассыпчатой картошки, и солений.

Дети с нами за столом не сидели, и у меня не было возможности сравнить: действительно ли Лира так уж похожа на свою мать, как утверждала Мара. Но, накрученная рассказами своей служанки, тоже стала замечать некоторые странности.

Взгляд женщины действительно обладал какой-то силой. Я его чувствовала. Это ощущение было сложно описать словами, но мне почему-то казалось, что так себя чувствуют люди, которым светит огоньком в лоб киллер.

Поначалу я пыталась отмахнуться, списать ощущение на страх, навеянный Марой, волкодавами и ночью. Но раз за разом моя реакция повторялась: я чувствовала, как всё внутри напрягается и сжимается, стоило Ольге посмотреть в мою сторону.