Книга Попаданка на самокате, страница 61 – Стася Вертинская

Глеб сделал шаг к выходу, я засеменила за ним. А он вдруг повернулся ко мне:

— Останься здесь. – А потом обратился к Вершинину: – Лёх, пристрой её куда-нибудь. Она мне пока не нужна.

И ушёл. Даже своего блокнота не оставил. Злится из-за той глупой записи?

Я стояла посреди комнаты. Другие разошлись по своим делам вслед за Глебом. Рядом остался только Вершинин. И я не знала, куда себя деть.

Меня знобило, будто от температуры. Земля, казалось, ушла из-под ног, и я зависла в невесомости. Из-за происходящего. Из-за Глеба.

— Пойдём, – Вершинин мягко положил руку на моё плечо, приводя в чувство.

Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за Алексеем. Оказалось, что дел кроме Глеба и его расследования у меня не было. Стоило ему оставить меня одну – и я такая же потерянная истеричка, боящаяся самокатов и не понимающая, где оказалась.

Алексей привёл меня в свой кабинет. Я без приглашения опустилась на стул.

— Держи, – Вершинин налил в стакан янтарную жидкость, пахнущую травами, и протянул мне. – Успокоительное.

Я приняла стакан, но пить не стала. Нет ничего хуже, чем топить свои ошибки в алкоголе. Особенно если они не тонут, а всплывают каждый раз, когда пытаешься о них забыть. Алексей тем временем отошёл к окну и посмотрел на улицу.

— Просто знай, Полина, – тихо сказал он. – Твоя вина только в том, что ты не сбежала от него в первый же день.

Руки дрогнули после его слов. Мои чувства так заметны? Я промолчала, ожидая, что он скажет дальше.

— Нужно было брать пример с Фонарёва и держаться подальше от Глеба, – продолжал Вершинин. – Он всегда был идиотом. Но я… я тоже повёлся. И прекрасно понимаю, почему ты с ним.

— И что мне делать? – зачем-то спросила я.

Алексей повернулся ко мне и улыбнулся.

— Самое разумное – бежать. Я даже готов помочь тебе с документами и купить билет на поезд.

Я вздрогнула и задумалась. Разумный человек, конечно, согласился бы на предложение Вершинина. Новые документы и дорога прочь от опасностей и причуд Глеба. Но что-то внутри противилось этому решению.

— Или? – уточнила я. Но лишь потому, что молчание затянулось.

Крепче обхватила пальцами стакан. Решения, казалось, не было. Алексей усмехнулся, но во взгляде не было веселья.

— Просто согласись на моё предложение без всяких “или”.

— Как и он, хочешь меня спровадить? – слова отозвались горечью во рту.

— Полина, ты не знаешь, во что вы ввязались, – серьёзно ответил Вершинин. – Эти люди опасны, а если ты станешь мешать… – он шумно выдохнул, на миг потеряв контроль над собой. – Прошлый раз стоил ему всего. А теперь у Глеба ничего не осталось, кроме его безумных идей.

— Прошлый раз? – я ухватилась за оговорку.

Алексей поморщился, словно не хотел говорить об этом и снова отошёл к окну. Я видела, как сжимались пальцы на сцепленных за спиной руках. Ему незачем было рассказывать о Глебе. Возможно, относился ко мне, как к преступнице, и не понимал, почему я отказываюсь от его щедрого предложения.

— Раньше Глеб был спокойным, часто улыбался, – Алексей всё-таки заговорил. Голос его был глухим. Кажется, он сам не верил, что рассказывал о личной жизни друга его случайной помощнице. – Он верил, что может сделать мир лучше. А все вокруг него заражались этой верой.

Алексей отвернулся от окна и сел за стол.