Книга Полюбить ведьму и выжить, страница 52 – Надежда Соколова

Я вздохнула. Тиран. Волноваться мне нельзя. А от любопытства изводиться можно?

— Ника, что тут у вас произошло? — требовательно повернулась я к дочери.

— Мамочка, она хотела шкурку вам подбросить! Под дверь, — сообщил боевой ребенок. — Она сама призналась, когда мы ее схватили!

Партизаны-разведчики, блин. Я почему-то вспомнила все части американского «Один дома» и с глубокой грустью осознала, что спокойная жизнь мне больше не светит.

На улице меж тем раздались странные звуки: то ли завывание ветра, то ли чей-то заунывный плач. Несколько секунд — и все стихло. Дверь отворилась, и в дом вошел невозмутимый Кощей. Один.

— Дети, идите к себе, вам скоро принесут завтрак, — велел он и повернулся ко мне, иронически приподняв брови. — Ты будешь завтракать в ночной рубашке.

У меня зачесались руки. На ладонях вспыхнули искры.

— Расскажу, но после завтрака, — ответил на не заданный вопрос муж и направился к лестнице.

Я искренне пожелала ему попутного ветра в спину, но все же двинулась следом. Действительно, ночнушка — не самая нарядная одежда в моем гардеробе.

Очередной сарафан вместо удобных штанов, и вот уже мы с Кощеем на пару уминаем блинчики с икрой и гречневую кашу, щедро сдобренную сливочным маслом.

— И кто она? — допив из кружки квас, я выжидательно уставилась на мужа.

— Очередная дура, возомнившая себя будущей супругой правителя Лукоморья, — равнодушно пожал плечами Кощей.

— То есть она хотела меня сжить со свету, а за тебя выйти замуж, правильно?

— Именно.

— И что ты с ней сделал?

— Даша… — Кощей почему-то замялся: явно не хотел отвечать на заданный вопрос.

— Что? — я стала старательно вспоминать американские ужастики. — Ты ее обезглавил, расчленил, развеял по ветру…

Воображением муж не страдал, а потому следующие несколько секунд я старательно стучала ему по спине: маленький кусочек блинчика оказался коварным и застрял прямо в горле.

— Фантазия у тебя, — пробормотал Кощей, откашлявшись. Живая слишком. — Нет, просто в качестве наказания отправил её домой с венцом безбрачия. Теперь никто и никогда не захочет взять ее в жены.

— И всё? — изумилась я. — Она проживет без мужа? И в чем изощренность наказания?

— Ты не понимаешь, — качнул головой Кощей. — Это позор для женщины — остаться старой девой до скончания века. Она обязана выйти замуж, родить детей…

— Опять этот ваш мужской шовинизм, — поморщилась я. — Обязана выйти замуж. Вы, мужики, нас за людей не считаете. Вы нашего мнения спросили? А может, мы не хотим за вас замуж?!

— Ты что так разошлась? — удивился Кощей. — Тебе это точно не грозит. Ты заму…

Купол он успел поставить — сказалась привычка мгновенно действовать в экстремальной ситуации, поэтому оставшиеся блины, к огромному моему сожалению, оказались на полу.

— Тебе еще к врачу ехать, и на работу — увольняться, — ехидно скалясь, сообщил муж, не спеша убирать защиту.

Я уселась на стул рядом и демонстративно сложила руки на груди.

— Да не вопрос. Так и поеду. Пусть народ видит, что ты любимую жену в черном теле держишь и ничего, кроме надоевших сарафанов, носить не позволяешь.

Выехали мы через час, втроем. Нику пришлось взять с собой. Я подозревала, что мне придется писать заявление о переводе ребенка на домашнее обучение. Дочь сияла от счастья. Как же, сказка снова ворвалась в ее жизнь.