Онлайн книга «Ведьма работает»
|
слугами, стараясь всё сделать по высшему разряду. С Его Величеством я пообщалась до этого заранее, наедине и честно рассказала ему все, что знала о звезде вечера. Царь, естественно, в восторг не пришел. — Ну и зачем тогда он нужен, этот урод, у меня во дворце? – хмуро спросил он, недовольный предстовшим событием и ролью собственной жены в устроении вечера. — Ничего ужасного он сделать не способен, так как давно лишен любой магии и теперь может только провоцировать. – Я подошла к окну и оперлась о подоконник, повернувшись лицом к Елисею, в расслабленной позе сидевшему на софе. - Не поддавайтесь на провокации, и проблем не будет. Да и вообще, Елисей, ты же знаешь, что любого преступника обязательно надо ловить на месте преступления. Вот я и собираюсь этим заняться. Пусть устроит себе последний праздничный день перд долгим пожизненным заключением. Ну или казнью. Это уж что император решит. Как только я сочту, что улик, доказывающих его виновность в подстрекательстве и провокациях, достаточно, я погружу его в стазис, перенесу в академию и сдам на руки Цирину. Так что беспокоиться здесь совершенно не о чем. Да и Василиса в кои-то веки развлечется. Нужно же и ей праздник устроить, а то от скуки глупостям разными заниматься начнет, а это уж точно ни к чему хорошему не приведет. С последним доводом спорить было сложно, и царь-батюшка, несмотря на свое недовольство, вынужден был смириться с предстоявшим мероприятием. В назначенный день и час все было готово: дворец был украшен по- весеннему слугами и зачарован мной. С потолка свисали гирлянды искусственных цветов; в вазах стояли цветы настоящие, выращенные в личной оранжерее царицы; повсюду летали магические светляки, дававшие довольно света и призванные защитить собравшихся во дворце от любой черной магии или ее всевозможных последствий. Челядь, парадно одетая, наводила последний марафет: выдраивала и так чистые, просто блестящие паркетные полы, смахивала несуществующую пыль с картин и гобеленов, развешанных в коридорах и залах, поправляла вязаные и тканые салфетки, разложенные на столах и подоконниках. Последнего атрибута я не понимала. Как по мне, - чистое мещанство. Но Её Величество настояла на своей прихоти, и салфетки разложили повсюду. Народ стекался во дворец весь вечер, и ко времени прихода героя дня в залах было не протолкнуться: надменные аристократы смешались с богатыми негоциантами, те в свою очередь были потеснены купцами попроще. Отдельной группой стояли иностранные послы с семьями и с легким презрением рассматривали колыхавшуюся от нетерпения массу китежан. Голубая кровь белая кость, блин. Гонора много, а суть гнилая. Тот же фрезийский посол был переведен в Китеж (читай: сослан) за непреодолимую страсть к азартным играм, приведшую его семью к полному разорению, и постоянные приступы клептомании, из-за которых во фрезийском дворце постоянно вспыхивали скандалы, а стоит и смотрит сейчас вокруг так, будто является прямым наместником Нареца1, а это и его последним воплощением, на этой планете. А вот и наш скоморох в сопровождении виконта Истова пожаловал. Одет, как всегда, непонятно во что: то ли яркие половые тряпки украл и на себя нацепил, то ли свой халат порвал на лоскуты где-то. Последний бомж не |