Книга Объятые вьюгой, страница 123 – Гали Коман

Незнакомка не ответила. Она проверила мой пульс, затем положила руки в район солнечного сплетения. От её ладоней распространялось приятное тепло.

— Немного нарушена циркуляция, — сказала незнакомка, не сводя с меня глаз. — Нужно полное обследование.

— Что это значит? — с трудом выдавила я. У меня зуб на зуб не попадал, словно от лютого холода.

— Не волнуйся, Мавира, — сказала незнакомка и дотронулась пальцем до моего лба. — Всё будет хорошо.

Я не успела даже подумать, что именно будет хорошо, как провалилась в сон.

Мне виделся рог Сневера. Он горел ярко-красным, как сполохи огня. Безликая фигура, сотканная будто бы из тумана, стояла позади артефакта, молча наблюдая за мной. Я чувствовала великую мощь странного образа, и протянула к ему руки, желая хоть немного получить этой живительной силы.

— Возвращайся, Мави, — услышала голос в своей голове. — Тебе не нужна моя сила, ты справишься и так.

Я резко открыла глаза и уставилась на что-то белое высоко-высоко надо мной. Когда зрение прояснилось, поняла, что это потолок. Больничный кажется. Тело не колотил озноб, не сводила судорога, да и суставы были на месте. Кажется, я в порядке.

Чья-то тёплая ладонь накрыла мою руку.

— Доченька, — услышала я раньше, чем повернула голову.

Горло перехватило.

— Мама? — Я удивилась и испугалась одновременно.

На её глазах выступили слёзы.

— Доченька, — только и смогла повторить она, а потом обняла, положив голову мне на грудь и заплакала. — Я думала мы потеряли тебя. Доченька, ты жива!

Не могла говорить. Меня тоже душили слёзы.

— Мави.

Я повернула голову в другую сторону и увидела отца. Он выглядел совершенно измотанным, осунувшимся, с воспалёнными от бессонницы глазами. Улыбнувшись, он погладил меня по голове, а затем осторожно, будто боясь причинить мне боль, поцеловал в лоб.

— Папочка, — прошептала я, закрывая глаза.

По щеке скатилась горячая слеза. Белые звёзды, как мне не хватало этих объятий, этой ласки. Пыталась затискать всё в самую глубь души, вычеркнуть из памяти, заставить пережить и отпустить, но только сейчас поняла, какой осиротевшей себя чувствовала.

Некоторое время я наслаждалась объятиями родителей. Ещё в первую нашу встречу хотелось, чтобы было именно так.

— Нужно позвать врача, — папа первым нарушил молчание. — Пусть осмотрит и скажет, можно ли тебя забрать. И мы, наконец, сможем вернуться домой.

— Зачем вам меня забирать? — насторожилась я.

Отец поднялся.

— С тебя хватит уже этой сомнительной медицины Грендалиады, дочка. Мы поедем домой, где ты сможешь спокойно восстановиться до конца.

Сердце тревожно забилось.

— Ты же знаешь, что это невозможно. Я вышла замужем и мой дом здесь.

Переводила растерянный взгляд с папы на маму и обратно. Оба молчали, отчего тревога внутри меня только нарастала. Неужели они скрывают от меня что-то важное?

— Где Ноэль? Почему его нет здесь? С ним что-то случилось?

Мама успокаивающе погладила меня по голову.

— С твоим мужем всё в порядке. Он просиживал здесь все эти дни, пока ты была без сознания, но вынужден был уехать на работу. Из-за этого мерзавца, который украл тебя.

— Дэниель жив? — удивилась я.

— И должен ответить по закону, — ответил папа. — Я настоял, чтобы любыми способами ему сохранили жизнь и провели полноценное расследование.