Книга Объятые вьюгой, страница 49 – Гали Коман

Вот что ему ответить? Великий Лоуриль Томас сразу распознал, кто я, врать тут бесполезно. Решила снисходительно улыбнуться и согласно кивнуть. Маг подозрительно сощурился и несильно сжал мою руку.

Ноэль прочистил горло.

— Мьес Томас, спасибо вам за честность. Нам уже пора. Я зайду к вам через пару дней, как раз улажу вопрос с создателей вязей.

Я попыталась подняться, но Лоуриль даже не думал меня отпускать.

— Мне нужно одно словечко сказать очаровательной мьесе. А вы идите, идите. Подождёте в экипаже, ничего страшного, не устанете.

Я посмотрела на Ноэля. Его долгий и сосредоточенный взгляд красноречиво говорил о том, что он останется, если попрошу. Кажется, он тревожился обо мне. Но я чувствовала, что нужно остаться с Лоурилем Томасом один на один, поэтому улыбнулась Ноэлю и едва заметно кивнула. Он ответил тем же, и, вместе с Гленом, покинул кабинет мага. Мы остались вдвоём.

— Красавица моя, — ласково заговорил Лоуриль, — я не потребую открыть тайну, которую ты хранишь. Скажу лишь, что если настанет тяжёлое время, и ты не будешь знать верного пути, двери моего дома всегда открыты для тебя.

По спине растекался холодок. Я не понимала, о чём он говорит, но не сомневалась, что это своего рода предсказание.

— И будешь последней ученицей старика Лоу, — улыбнулся маг. Он ободряюще похлопал меня по руке и выпрямился в кресле. — Теперь иди. Юный капитан там изволновался за тебя, уходить вон даже не хотел. Растопила ты его снежное сердце.

Лоуриль подмигнул, а я почувствовала, как краска бросилась в лицо. Почему такие слова о Ноэле не вызвали во мне отрицания и негодования? Мне даже было… приятно? Такое тепло растекалось внутри, словно я узнала положительный ответ на вопрос, который давно мучил меня.

Шла по коридору и думала о том, какой удивительной оказалась для меня встреча с Лоурилем Томасом. Да, он будто видел меня насквозь, но получить возможность стать ученицей сильнейшего мага — невиданная удача. Я могу прямо сейчас встать перед Ноэлем, признаться в своей лжи и начать новую жизнь, такую, какую и хотела, сбегая в Грендалиаду. С муками души будет покончено. Всё складывается как нельзя лучше, ведь правда! Но почему внутри нет этой всепоглощающей радости?

— Всего доброго, мьеса, — улыбнулась прислуга, открывая передо мной дверь.

Я улыбнулась в ответ, шагнула за порог. Ноэль, стоявший у экипажа спиной к двери, тут же обернулся. Напряжение на его лице сменилось радостью. Моё сердце встрепенулось, словно маленькая птичка, расправляющая крылышки по весне. Былое тепло вернулось, растеклось по венам, вызывая приятное волнение.

«Растопила ты его снежное сердце».

А что он сделал с моим? Неужели я… Нет, Мави! Не смей даже думать о таком! Я старательно прогоняла наваждение, которое захватило меня ещё в кабинете Лоуриля Томаса. Поняла, что могу быть его ученицей — и уплыла в мечты. Глупая!

— Мы можем ехать? — спросил Ноэль, когда я подошла к нему.

Он смотрел так внимательно, будто пытался что-то прочитать по моему лицу.

— Да, — ответила коротко.

Он помог мне забраться в экипаж, затем залез сам. До штаба мы ехали в молчании. ЛинкДорф продолжал внимательно меня рассматривать, а я делала вид, что не замечаю этого. А между тем моё сердце жило какой-то своей жизнью, то подскакивая к самому горлу, то замирая на короткое мгновение. Наверное мне нужно показаться доктору.