Книга Снежная вакансия, страница 21 – Софья Дашкевич

Как выяснилось, отдавливать ноги магам – чревато. Столовая заходила ходуном, тяжелые дубовые скамьи запрыгали теннисными мячиками.

Посуда звенела и дребезжала, тряслись стены, сыпалась штукатурка… Словом, задетый Ветури устроил натуральное землетрясение.

— Прекрати! – Я с трудом перекрикивала грохот. – Я все равно не буду с тобой спать!

— Это не я!

Тобиас дернул меня к себе за долю секунды до того, как тяжелая кованая люстра рухнула с потолка в шаге от нас. От страха я чуть сознание не потеряла.

— Какого?..

— Пилигрим! Он перемещается! – Тобиас бросил короткий взгляд на окна, а затем сгреб меня в охапку, и нас окутало серебристое свечение. Такой полупрозрачный купол в человеческий рост.

Енот едва успел нырнуть ко мне под юбку – и рядом будто взорвалась свето-шумовая граната.

Я съежилась, уткнувшись в грудь Тобиаса. Воздух гудел и вибрировал, меня трясло, как на электрическом стуле. От ужаса я почти ничего не соображала, только молилась лихорадочно всем святым, каких могла вспомнить.

— Арина?.. – Голос парня звучал глухо и искаженно. – Дыши! Дыши, все позади!

И я дышала. Послушно хватала ртом воздух. Чувство было такое, словно меня швырнули в ледяную прорубь: от внезапного холода заныли кости, мышцы скрутило судорогой.

— Куда делось твое платье?! – Внезапный вопрос Тобиаса застиг меня врасплох, и я осторожно приоткрыла один глаз.

Платье и впрямь исчезло бесследно. Я стояла в объятиях малознакомого парня в одних трусах, вокруг валялись сухие листья – похоже, именно их старуха превратила в бальный наряд. Но гораздо больше поражало другое: столовую заливал холодный дневной свет.

За высокими окнами, где еще недавно царила непроглядная темень, все стало белым-бело. В распахнутые форточки врывались снежинки, стекла, тихо похрустывая, покрывались морозными узорами.

— Чтоб мне в канаве стухнуть! – выругался Дымок, оторвавшись от моей ноги. – Это еще что за дичь?!

Не будь я сейчас голой и напуганной, я бы позлорадствовала. В конце концов, только меня, что ли, можно закидывать куда ни попадя?

— Хороший вопрос! – Тобиас посмотрел на Дымка, а потом на меня и прищурился. – Что это за дичь, Арина? – И ткнул пальцем в моего серого спутника.

Енота надо было видеть. Полосатая морда вытянулась, бесстыжие черные глазки стали большими, как плошки, уши по-кошачьи прижались к затылку. Такого поворота Дымок явно не ожидал.

Медленно отставил заднюю лапку, попытался бочком двинуться в сторону и слинять. Естественно, этот маневр был мгновенно считан. Тобиас ловко подхватил незадачливого беглеца за шкирку, поднял перед собой, и тот обмяк, печально звякнув ворованными цацками.

— Фамильяр, – со знанием дела констатировал Тобиас.

Ощутимо запахло надвигающейся катастрофой.

Может, Ветури и недолюбливал своего декана, но они же оба инквизиторы. А мы тут с Дымком вроде как по поручению ведьмы… Интересно, студентам тоже выдают кнуты и кляпы?

— Я его не знаю, – ляпнула первое, что пришло в голову.

Не очень-то убедительно, учитывая, что минуту назад полосатый воришка жался к моей ноге! Судя по всему, Тобиас тоже так подумал, потому что продолжал молча сверлить меня тяжелым взглядом. Даже на голую грудь внимания не обращал!

— Да я не ведьма! Клянусь! И ничего такого не сделала, меня заставили! – Я поежилась и обхватила себя руками. Не столько от стыда, сколько от холода.