Онлайн книга «Феечка в драконьей академии»
|
— Я вышел из зала, хотел пойти в душевую… А потом… Потом как-то оказался в западной башне, на этаже серебряных. — Что было между этими событиями? Куда ты ходил? — Не помню… Клянусь всем, что хотите, не помню! — Он был в моем кабинете, — подал голос ректор Копперброк. — Я отчитывал его за то, что он травмировал эту фею… Лобелли… Велел извиниться и принести ей мазь от ушибов. — При всем уважении, господин Копперброк, еще одно слово, и я попрошу вас выйти! — раздраженно бросил следователь. — Не надо его выгораживать! Вы препятствуете правосудию, а это карается законом! Я прикусила язык. Мне-то было известно, что ректор не врал! Манфорд действительно извинился передо мной в тот день, сетовал на выговор от деда, мазь дурацкую вручил… Но почему он сам не помнит об этом?! Что-то тут явно нечисто! Впрочем, следователи на подобную мелочь внимания не обратили. — Крыло серебряных, — напомнил остробородый Манфорду. — Что было там? — Я искал Деррика. Я… Меня колотило от злости… Знаете, как будто тихий голос у меня в голове повторял: «Он — враг! А враг не должен жить! Он — враг! А враг не должен жить…» — Манфорд… — едва слышно простонал ректор, закрыв лицо рукой. — Что ты сделал дальше? — У меня в кармане был пузырек с пеплом. Я не помню, чтобы брал его… Понимаете, в тренировочном костюме нет карманов, но я не знаю, когда переоделся… — Что. Ты. Сделал. Дальше? — безжалостно отчеканил следователь. — Я пошел в спальню Деррика, — ответил медный, не поднимая глаз. — Там лежал его гребень… Он же носится со своей прической…. И я… — Говори! — Я посыпал гребень пеплом и ушел. Потом в коридоре столкнулся с Ви… Все, что говорил Манфорд дальше, я уже не слышала. Кровь шумела в ушах, сердце норовило выскочить из груди. Не знаю, каким чудом я себя не выдала и вытерпела этот жуткий допрос до конца. Прямо там, в профессорской, медного заковали в кандалы и вывели, чтобы немедленно отправить в Аурвир под королевский суд. Ректор Копперброк стоял, не шевелясь, как тень самого себя. Он будто разом постарел еще на сто лет, на нем лица не было от горя. — Пойдемте, — Талея коснулась его плеча. — Я дам вам что-нибудь успокоительное. — Я не могу поверить… Не могу… — сокрушался старик. — Я должен оставить свой пост! Мне нельзя воспитывать других, если мой собственный внук вырос убийцей!.. — Вы не виноваты, господин Копперброк. Это чудовищная случайность… Я впервые видела, чтобы Талея проявляла к кому-то сочувствие. Бормоча слова утешения, она увлекла ректора за собой, и мы смогли, наконец, выдохнуть. — Ну вот и все, — резюмировал Бранд. — Справедливость в действии… — Нет, тут что-то не так, — мрачно возразила я. Мне не давали покоя все эти несостыковки. Внезапный провал в памяти… Пепел, который неизвестно откуда взялся в кармане… А голос в голове?! Манфорд был каким угодно, но не сумасшедшим! — Это магия внушения, — озвучила Кайса мои догадки. — Чего?! — нахмурился Бранд. — Он же сам во всем признался! — На это и был расчет, — алая пристально посмотрела на меня. — Ты заметила, что эта фраза… Как там… «Он — враг, а враг не должен жить!» Это очень похоже на… — Строчку стихотворения, — кивнула я, и все мгновенно сложилось в единую картину. Манфорд не просто отравил Деррика, его заставили. А на тот момент во всей академии была только одна фея, которая владела поэзией внушения. |