Книга Феечка в драконьей академии, страница 71 – Софья Дашкевич

На долю секунды мне даже не по себе стало от собственных фантазий. В кого я превратилась? Вместо того, чтобы думать об учебе, мечтаю о всяких непристойностях и драконе, которого считала надменным и избалованным нарциссом! Либо он овладел магией внушения, либо я все-таки сошла с ума. Почему в книгах о любви столько прекрасных слов, но никто не предупреждает, что она так похожа на белую горячку?!

Витая в размышлениях о своей безнравственности, я очнулась уже в коридоре серебряных, когда чуть не сбила с ног Манфорда. Ну, или, правильнее будет сказать, сама чуть об него не разбилась, — учитывая разницу в мышечной массе.

— Осторожнее! — Он увернулся в последний момент.

Я сложила крылышки и опустилась на пол, чтобы отдышаться.

— Что ты здесь делаешь? — спросила, оправившись от первого испуга.

— Тебя искал, — последовал загадочный ответ.

Медный частенько преподносил сюрпризы, но этот, определенно, занял в рейтинге почетное первое место.

— Тут? — прищурилась недоверчиво. — Я думала, ты запомнил, где моя комната, еще в первый день…

— Ага, и вряд ли забуду, — буркнул Манни, невольно коснувшись глаза, который еще недавно украшало синее пятно. — Там никого не было, в лазарете — тоже. Тогда я пошел в столовую и случайно услышал, как твои соседки обсуждают тебя и Деррика… Вот я и решил, что ты у него. Как видишь, почти не ошибся.

А вот это уже интересно! Кайса и Мэл обо мне говорили… Получается, Дер уже во всем признался фиолетовой, и теперь мы оба свободны? С одной стороны, звучит неплохо, с другой… Прежде, чем возвращаться в нашу спальню, надо уточнить, как именно принц преподнес новость Мэлине. Если просто вывалил с деликатностью слона в посудной лавке, то ей наверняка сорвало крышу, и лучше мне пока держаться от нее подальше. Вот пусть остынет для начала, успокоится… Иначе радоваться помолвке я буду недолго.

Впрочем, Манфорд, по всей видимости, не в курсе подробностей. Расспрашивать его не только бессмысленно, но и опасно: пусть открытой враждебности он ко мне после случая в лесу не проявлял, доверять ему все равно нельзя. Мало ли, что у него на уме!

— Зачем ты меня вообще разыскивал? — насторожилась я.

— Извиниться хотел, — неохотно отозвался внук ректора и извлек из кармана небольшую баночку из темного стекла. — И вот, это тебе.

Я уставилась на медного, забывая даже моргать. Извиниться?! Нет, я еще могла понять, почему изменился Деррик, — искра истинной любви, оттаявшее сердце и прочие тонкости драконьей физиологии… Но Манфорд Копперброк?! Тот самый Манфорд, который чуть не задушил меня в галерее королей и собирался изнасиловать? Если и он в меня влюбился, то пиши пропало. Срочно собирать сундуки и прочь, прочь из драконьей академии, пока тут не развязалась межклановая война. Такие кавалеры, как ректорский внучок, в разы страшнее бубонной чумы!

— Спасибо, конечно… — попятилась я. — Но я не могу принять от тебя подарок…

— Какой подарок?! — Рыжие брови встретились на переносице. — Это мазь! Деду уже доложили, что я тебя мечом задел… Как будто я это нарочно! Оно мне надо вообще?! Дед и так считает, что я хочу тебе отомстить за краску… Оборал ни за что, сослал на неделю кухарке помогать и велел извиниться. — Манфорда аж перекосило, но он справился с приступом злости и задумчиво покрутил баночку в руке. — А мазь — это чтоб у тебя плечо зажило побыстрее… Я на днях в Крейвике был, заглянул в ведьмину лавку. Ты только как помажешь — верни, она бешеных денег стоит. От ушибов и синяков первое средство!