Книга За любимым на край Вселенной, страница 37 – Алёна Орлова, Джейн Лувако

Осторожно поднявшись, убедился, что переломов нет, но ушибленная нога болела нещадно. Каждый шаг давался с болью. Но обойти место, куда я попал, было намного интересней и жизненно важно. Так что на боль обращать внимание не стал. Мысли крутились вокруг размеров насекомого и возможных хищников. Воображение нарисовало комара с саблей вместо хоботка, и стало не по себе.

После того как выжил при падении, умереть по глупости в планы не входило. От любого моего движения в воздух поднималось что-то мелкое, оседающее на кожу и не позволяющее нормально дышать. Осматриваясь, понимал, в этом мирке есть растения, насекомые и животные. Значит, должна быть и вода. Хотелось умыться от пыльцы, налипающей на одежду и лицо, забивающей нос.

Источник нашёлся не сразу. Ледяная стена за спиной вздымалась к небосводу, плавно закругляясь и имитируя голубое небо. Разлом, из которого я так экстремально вылетел, темнел на его фоне, а под ним, как и ожидалось, исходило клубами пара небольшое озеро с гейзером посередине. Именно его тепло пробило в толще льда проход, в который я так удачно попал. Но в счастливое спасение всё ещё до конца не верилось.

Глава 9

Купцов Леонид Викторович…

Неделя блужданий по этому удивительному мирку в толще льдов вывела меня наконец к огромному рукотворному монстру. Детально разглядеть поросший мхом и оплетённый лианами аппарат было сложновато. Но если брать за основу все упоминания очевидцев и исторические записи о странных летающих тарелках, то передо мной сейчас находилась, судя по конструкции, именно она. Сердце колотилось как ненормальное. Поверить в реальность происходящего было сложно, но чувство предвкушения сметало всякие сомнения.

Обходя по кругу свою находку, комментировал всё, что видел вслух для моего спутника. Назойливый писец, а точнее бабочка-переросток облюбовала мою голову и во время путешествия всегда находилась рядом. А потому была мной окрещена “Пятницей”. Ну а что, я тут, можно сказать, Робинзон на необитаемом острове, и мне положен спутник.

Тем более что назойливое насекомое оказалось полезным. Следя за тем, какие фрукты он с охоткой пожирал, с уверенностью ел и сам. Местные грибочки — вот отведать я так и не решился, особенно те гиганты, что ночью светились яркими люминесцентными цветами. Пусть мой “Пятница” не гнушается перекусить оными, экспериментировать побоялся.

Путешествовать позаповедному мирку было очень любопытно и удивительно. Тут встречалось привычное мелкое комарьё и мошка, а ещё вот такие огромные, как мой спутник, насекомые. Я видел как минимум несколько кузнечиков размером с чихуахуа и огромную стрекозу. Ещё встретил ящериц типа варанов, но больше раза в три, неприятное вышло знакомство. В один из дней невдалеке кто-то рычал. Хорошо, что встретиться с хищниками мне не довелось.

— А это что? — продолжая болтать с мотыльком-переростком попробовал дёрнуть за засохшие лианы.

Ещё в день попадания в этот приемлемый для жизни мирок, умывшись и перебрав рюкзак, хорошенько задумался, решая для себя важные вопросы. А именно как быть дальше? Искать меня точно не станут, об этом говорилось и не раз, да и документы, что подписал на Петровке, снимали ответственность со всех кроме меня.

Одна надежда была на то, что я попал к озеру Восток, о котором говорилось и к месту экспедиции. Тогда я смогу выжить, встретившись с ними тут. Конечно, сомнений хватало, и о месте, куда меня угораздило свалиться, и о ребятах, которые остались наверху и чья судьба мне неизвестна.