Книга За любимым на край Вселенной, страница 62 – Алёна Орлова, Джейн Лувако

Окошки светились, значит, хозяева дома и явно не спят. Почему-то решив, что это может быть трактиром или постоялым двором, направилась к нему. Поднявшись на резное крылечко, уже занесла руку, чтобы толкнуть дверь, но в последний момент остановилась и постучала, растерянно сознавая, что не знаю, как стану объясняться с аборигенами.

Моего прихода словно ждали, дверь отворилась, и… сердце пропустило удар.

— Здравствуйте, бабушка, можно у вас переночевать? — свет слепил глаза, и ничего кроме силуэта видно не было, буквально интуитивно поняла, что передо мной пожилая женщина.

— Входи, голубушка, гостьей будешь. Как тебя звать, милая? — посторонилась хозяйка, а я удивлённо моргнула.

Женщина говорила на русском, как и Пересвет, сердце забилось чаще, но помня про данное себе обещание, торопиться не стала. Не успела сделать шаг в освободившийся проход, как с писком на хозяйку терема спикировал пушистый комок.

— Пятница… — почти простонала, — извините этого негодника… — наконец-то вошла в дом и замолчала.

Я во все глаза смотрела, как бабочка ластится к старушке, словно сбежавшей с этнографической выставки: сарафан, вышивка и головной убор, названия которого не знала, но в голове настойчиво крутилось слово “кокошник”, смешное и не факт, что верное, и обстановка комнаты как в обычной деревенской избе.

— Chitrapatang Света, — одобрительно улыбнулась женщина.

Теперь, когда глаза привыкли к освещению, я поняла свою ошибку. Ну какая она бабушка? Нет! Язык не повернётся назвать красивую, статную, пусть и в годах леди, бабушкой или старушкой.

— Как ты, милая, назвала его, “Пятница”? Смешное имя, — она тепло улыбнулась. — Малыш оголодал… Откуда ты, дитя, и как звать тебя?

Взгляд добрый, но цепкий и требовательный, под таким взором не соврёшь.

— Я с Земли, а звать меня Надежда, — чуть помедлила и добавила, — Купцова.

Хозяйка кивнула, принимая ответ, а я поняла, что всё это время почти не дышала. Взгляд был настолько цепким, будто заглядывал в душу, оценивал.

— Имя у тебя хорошее: Надежда для земли Мидгард. Это прекрасно, давно никто не приходил ко мне оттуда. А не пора ли возвратиться с торговлей на Мидгард-землю? Хотя рано ещё, весна Сварога только наступает, не пришло пока время возвращения, — она словно спрашивала у меня, сама же отвечая на свои вопросы, а я лишь моргала, не совсем понимая происходящее. — А я богиня Карна, — как само собой разумеющееся сказала она.

Я аж дар речи потеряла, как-то не привыкла общаться вот так запросто с богами, но отчего-то поверила ей сразу. Да, богиня! Вот только я совсем не увлекалась этносом и древней Русью, и кто такая богиня Карна не знала. Словно подслушав мои мысли, женщина вновь заговорила.

— А на вашей земле после победы кощеев меня стали называть Бабой Ягой, — её глаза насмешливо блеснули. — Не боишься, что я тебя посажу на лопату, изжарю и съем?

— Нет, у вас глаза добрые, — ответила честно, так как даже в детстве не верила, что Баба Яга плохой персонаж, помня, как она в сказках помогала богатырям и подсказывала, где смерть Кощея Бессмертного.

Женщина рассмеялась, и смех был молодым и заливистым, не соответствовал он старому морщинистому лицу. А я вдруг вспомнила! Карна — богиня загробного мира, Нави, которая встречает умерших и помогает им после смерти. В древности Карна считалась богиней реинкарнации. Мне даже плохо стало: почему Пересвет сюда настроил Перо? И эта его оговорка: “Найди моё тело…”.