Книга За любимым на край Вселенной, страница 82 – Алёна Орлова, Джейн Лувако

Механический всезнайка даже заинтересованно обернулся ко мне, хотя до этого пренебрежительно говорил спиной. Возможно, для него это не имело значения, но я как-то привыкла, что круглая линза на его боку — глаз, а следовательно, вся сторона — лицо.

— Ещё знаю, что от Мидгарда до Проциона 11,4205 световых лет. И у него недавно была обнаружена планетарная система! — добила информацией об открытии учёных.

— М-да… Ну тогда вы, действительно, не совсем пропащие, если понимаете, что человек, ну или богиня не может жить на звезде, а устраивает себе дом на планете, — насмешливо проскрипел механический упырь.

— И как у тебя получается всё с ног на голову перевернуть? — возмущённо всплеснула руками. — Нет бы порадовался, что после стольких лет стирания нашей истории и памяти у нас хоть что-то возрождаться стало!

— Прости, Надь, — покаянно извинился он, а с меня весь запал моментально слетел: не ожидала этих слов, — не знаю, почему мне хочется поддеть тебя. Сам понимаю, что не прав и произошедшее с Мидгардом не твоя вина, но не могу остановиться, словно кощей меня под руку толкает.

— Ладно, ничего, — поспешила успокоить Ирха. — Мы ведь, действительно, забыли кто мы и радуемся сейчас тем крупицам знаний, которые удаётся открыть заново.

— Хочешь, я научу тебя пользоваться подарками богинь? — загорелся идеей мой колобок.

— А можно, это не опасно? — хотелось до дрожи в руках, но здоровое опасение останавливало.

— Да чего там опасного? — уверенно отмахнулся Ирх. — Доставай веретёнце!

Ну я и послушала. Аккуратно достав подарок богини Карны, выставила артефакт на стол и восхищённо замерла, вновь рассматривая искусную работу и не понимая, как удерживается веретено в вертикальном положении в центре металлической тарелки. Тут явно что-то было связано с гравитацией или антигравитацией, ведь не падает, но и не улетает, даже пальцами залезла под веретено, чтобы пощупать, что там ничего невидимого нет. Не нашла и, лишь услышав ехидный смешок Ирха, пришла в себя.

— А как это работает?

— Да легко, — казалось, он пожал плечами. — Приводится в действие звуковой волновой модуляцией.

— Чего-о-о? — аж рот разинула.

— Говорю, прикажи, он и будет работать. Что закажешь, та нить и прядётся: хочешь — обычная льняная, хочешь — золотая или серебряная.

— Спрядись нить обычная, льняная, чтобы куртку починить, — с замиранием сердца попросила, словно ребёнок, веря в чудо.

И оно произошло. На донце будто начал сгущаться туман, становясь всё более осязаемым, и буквально через минуту я глядела на… не знаю, как это называлось раньше, кажется, кудель. Пушистая и шелковистая, она притягивала взгляд, так и хотелось её потрогать, но тут закрутилось веретено. И я отдёрнула руку, наблюдая, как вытягиваются с донца лёгкие пушистые волокна и тут же скручиваются в тонкую нить, наматываясь на веретено. Много ниток мне не было нужно, куртку я порвала по шву, когда продиралась за Ирхом сквозь лес на земле богини Карны. Вот там же, видимо, и нитки потеряла.

— Достаточно, — стоило проговорить, как артефакт остановился, кудель пропала, а конец нити опустился на донце, начиная очень быстро скручиваться.

Не прошло и секунды, а я уже смотрела на маленький клубочек ниток.

— Удобно, — улыбнулась и от чистого сердца поблагодарила: — Спасибо тебе, бабушка Карна! — и, не выдержав своего любопытства, спросила: — Ирх, а откуда берётся это всё?