Книга Принцесса с сюрпризом - это я!, страница 52 – Наталья Овчар

— Плетение подпитывается от магического запаса. Волосы вытягивают слишком много, а твоя магия ещё только пробуждается, поэтому не хочу подвергать тебя опасности. Походишь с родинкой. Отбоя от женщин не будет, — не удержавшись от подколки, хмыкнул Берис.

Еле сдержалась, чтобы не послать родственничка в далёкое пешее на «великом и могучем». Всё равно же не поймёт и не оценит моих эпитетов, только потом расспросами замучает о происхождении этих, непонятно на каковском языке произнесённых, слов. Поэтому скривила губы в ухмылке, копируя однокурсника из прошлой жизни, и дополнила таким же оценивающим взглядом с прищуром, который все его знакомые девушки называли «кошарским на букву бэ». Моя мимика произвела впечатление на брата. Да, теперь я типа парень-раздолбай, не обделявший вниманием ни одной симпатичной женской мордашки со стройной фигуркой. Но не подумайте дурного — в чисто конспиративных целях!

В этом довольно оживлённом месте не стала расспрашивать о том, что со мной произошло в домике вдовы. И так всё ясно. Мы ели молча, думая каждый о своём, все основные моменты уже давно обговорив заранее. Время работало против нас, поэтому, как только допили последний глоток из грубо изготовленных керамических кружек, брат расплатился с хозяином, и мы поспешили убраться восвояси.

Берис, заранее изучив предоставленные Муркой карты, выбрал направление в обход многочисленных городов, городков, сёл и деревушек, чтобы нас видело как можно меньшее количество глаз. Поэтому путь пролёг сначала по редколесью, а затем тропинка начала петлять мимо мощных стволов тысячелетних великанов, своими вершинами, казалось, достающих до неба.

Хорргов пустили рысью, иногда переводя на шаг, чтобы сильно не утомлять. Отрыв от предполагаемой погони составлял не менее половины дня. Чтобы не доводить отца уж совсем до инфаркта, в последний момент оставила письмо в игровой комнате. Ближе к вечеру Риси его «случайно» найдёт. В последние месяцы мы с Берисом специально приезжали домой всё позже и позже, испытывая терпение охраны и приучая родителя к тому, что она нам вообще ни к чему во время наших усердных занятий. Хватиться нас должны ещё не скоро, поэтому стремились убраться от дворца как можно дальше.

Я чувствовала себя дядей Фёдором перед побегом в деревню Простоквашино, пока составляла письмо. В нём рассказала отцу о «вещем сне», утаив некоторые детали, напомнила о нежелании выходить за асора и посоветовала заменить старшую дочь младшей на благородном поприще сотворения высокой политики. В заключительных строках попросила смириться, «понять, простить и отпустить», ибо игнорить указание божественного посланника — себе дороже.

Зная крутой нрав родителя, мы с братом не исключали возможность того, что папа́ сочтёт мой «вещий сон» недостаточно вещим и с чистой совестью направит многочисленные поисковые отряды, страшась гнева асора больше, чем гнева богов.

Ночевать посреди дремучего леса под открытым небом не хотелось, поэтому поспешили добраться до небольшого озера. Там редкие путешественники могли переночевать в небольшом заброшенном домике, напоить и накормить верховых животных. Этот путь был более коротким из двух, ведущих в ближайший город. Любители поживиться за счёт других встречались и здесь, поэтому лесную дорогу чаще использовали гонцы, возившие срочные депеши в столицу и обратно. Им доплачивали за скорость, но ездили они по двое, рискуя каждый раз напороться на притаившуюся в засаде шайку разбойников. Торговцы же решались по ней путешествовать только с хорошо вооружёнными отрядами сопровождения. Остальные, кто не мог потратиться на охрану, предпочитали делать большой крюк, теряя два с лишним дня на объезд лесной чащи.