Книга Паулина. Начать сначала, страница 77 – Елена Алеева

Мы с малышами и Бодраном, перебирали урожай во дворе. Мелкую картошку, которой, кстати, было не так уж и много, на посадку, а остальную на еду, когда мимо плетня стали слишком часто прогуливаться деревенские.

Понятно, что не спроста они здесь ходят, дом — то наш последний и мимо нас только в лес ходили, а сейчас, туда — сюда и все норовят подсмотреть, чем мы занимаемся. Возможно, я ошибаюсь, но скорее всего, Торин привез домой картошку, о которой рассказал Ермей и Митро, вот и любопытно местным стало.

Одно дело, когда я сажала ее на наделе и никто не понимал, что это за плоды такие. Другое, когда староста с сыном рассказали, что пробовали ее у нас дома. Торин, уверена, ничего никому не говорил. Бодран тоже, не слишком-то он разговорчивый.

— Поля, глянь какая? — Альб протянул мне клубень, отличающийся от других своей формой.

— О, похожа на бегемота, — хорошо рассмотрев картофелину, произнесла я.

— Я такова не разумею, — мотнул головой Альб и на меня уставились три пары удивленных глаз.

— Это такое животное…

Пришлось объяснять подробно, потому что на меня сыпались вопросы, аж с трех сторон. А потом «фигурную» картофелину нашла и Альма. Теперь уже все стали предлагать свои догадки на что же она похожа. С такой игрой время шло быстро.

— Паутинка, — от калитки раздался женский голос, — Ежели много у вас энтой… картохи, так я могу взять чуток. Яйцев тама или маслица дам…

Ну, вот, началось…

— Ермей передал вам мою просьбу? — отряхнув руки, я подошла к ограде.

— Каку? Про ведро картохи, чоль? Дак, передал…

— А чего же не пришли помогать? — прищурилась, окинув взглядом женщину, к которой уже присоединилась еще парочка.

— Дак, убрали же усе, — подала голос одна из них, — Нежели помощников табе не хватило? Вона сколь они до дому притащили. Ужо точно не ведро.

Ее недовольный, можно сказать, обвинительный тон, поднял во мне бурю негодования.

— Я предупредила старосту, что разделю выделенную часть между теми, кто будет мне помогать. Сорок ведер, из которых вы бы могли получить свою часть, я поделила между помощниками.

— Дык, у табе тоже вона сколь осталось…

— Большой ли у вас урожай моркови? — обратилась я, к одной из женщин, еле сдерживая недовольство.

— Хороший, — кивнула она, переглянувшись с товарками.

— А у меня вот не очень, — пожала плечами я, — Может поделитесь?

— С чаво энто? — возмутилась она.

— А с чего «энто» я должна с вами делиться? — в тон ей, ответила, обведя взглядом каждую.

— Так не за просто жеж. Мы жеж обмен предлагаем, — вступила в разговор третья, — Чаво тебе надоть? Яйцев, молочка, овощей можа… Морковь опять жеж…

— Я так понимаю, староста передал вам мои слова. И те, которые касались обмена тоже. Так с чего вы решили, что я изменю свое решение?

— Дак, видим мы, сколь урожая-то. Куда вам с ребятней столь? Сама же сказала, что моркови мало…

— До весны хватит, а там будет видно, — отмахнулась я.

Видят они! У меня постоялый двор строится, туда тоже часть запасов пойдет, так что, лишнего у меня нет.

В общем, недовольные женщины ушли не солоно хлебавши, прежде перемыв мне все кости. И вроде я понимаю, что ссориться с местными не стоит, но и решение свое, им в угоду менять тоже. Выбор у них был, и они его сделали.

Я ведь вообще могла ничего не предлагать. Те, кто меня «услышал» пришли, а остальные остались ни с чем. Разумеется, они тоже могут мне отказать в обмене. Не беда, в этом случае, я могу себе позволить купить все необходимое в другой деревне или в городе.