Книга Принцесса и медведь, страница 123 – Марья Зеленая

— Не жалеешь? — спросила она, крепче прижимаясь к Бьорну.

Вместо ответа он остановился, повернулся к ней и страстно ее поцеловал. До дома оставались считанные шаги, и Бьорн, подхватив ее на руки, перенес через порог. Виола оказалась на кровати, а он, склонившись над ней, заправил ей за ухо выбившиеся пряди и спросил:

— Ты станешь моей женой, принцесса?

— Конечно! — улыбнулась она. — И буду лупить тебя сковородкой по башке, всякий раз, как ты заявишься на бровях.

— Клянусь, и капли в рот не возьму… Ну разве что на нашей свадьбе… И когда родится наш первенец… И когда наши дети…

— Заткнись уже! — Виола жадно притянула его к себе, и следующие полчаса они провели самым приятным образом.

Затем они поужинали, выпив на радостях забористой медовухи, и легли спать. Засыпая в объятиях любимого, ощущая его теплое дыхание на закрытых веках, Виола, наконец, позволила себе поверить, что теперь все будет хорошо.

* * *

Среди ночи раздался настойчивый стук в дверь. Виола распахнула глаза, сердце учащенно забилось.

— Кто это? — спросила она у Бьорна.

— Не знаю. — Он нехотя поднялся с кровати и вышел в сени.

— Кто там?

— Открывай скорее! С Рагнаром беда!

Послышался скрежет ключа, скрипнула дверь.

— Что случилось? — поинтересовался Бьорн, и в следующий момент раздался оглушительный грохот.

Виола вскочила с постели, но не успела сделать и шага, как в дверях появился незнакомец с лысой как яйцо головой. Он набросился на нее, обхватил и крепко прижал к себе. Виола рванулась изо всех сил, но тут в горло уперлось холодное лезвие ножа.

— Не дергайся, шлюха! — процедил бандит, оттаскивая ее к стене.

В следующий момент в комнату влетел Бьорн, схватил стоящий в углу топор и хотел было кинуться обратно, но тут над ухом раздался голос:

— Положи топор, или я перережу глотку этой сучке!

В тот же миг Виола увидела глаза Бьорна — бешеные, мятущиеся, ошеломленные. От страха она потеряла дар речи, и смогла выдавить из себя лишь невнятное сипение.

На пороге показалось еще трое чужаков. Один из них поддерживал под локоть свою явно сломанную руку.

— Ну! — рявкнул лысый, и острое лезвие вдавилось в шею. — Клади топор! Медленно!

— Бьорн, не надо! — прохрипела Виола. — Не бросай топор!

На его лице ходуном заходили желваки. Он быстро оглянулся на троих громил у себя за спиной.

— Ньоруном клянусь, я перережу ей горло! — прорычал лысый. Он схватил Виолу за волосы, заставляя запрокинуть голову. — Считаю до трех. Раз…

Нож почти проткнул нежную кожу под подбородком. Виола стиснула зубы.

Бьорн швырнул топор на пол. В тот же миг громилы накинулись на него и, схватив под руки, подтащили к поддерживающему крышу столбу.

— Вяжите его, — скомандовал лысый, не ослабляя нажим на лезвие.

От ужаса Виола не могла дышать, ноги подкашивались, удары сердца оглушительно отдавались в висках. Все сливалось в мутное марево, и происходящее казалось дурным сном.

Но это был не сон. Бандиты привязали Бьорна к подпорке. Он не сопротивлялся, пока они обматывали его веревкой. Его глаза неотрывно смотрели на Виолу.

— Ее только не трогайте, — глухо промолвил он.

— Не ссы, — сказал один из налетчиков. — Девка нужна живой. А вот насчет тебя таких указаний не было…

В его руке блеснул нож. Виолу пробрало ледяным ознобом. Она дернулась, но лысый еще крепче вцепился в нее.