Книга Принцесса и медведь, страница 87 – Марья Зеленая

Виола нервно сглотнула.

— Что теперь? — дрожащим голосом спросила она.

— Попробуй отломать оперение, — посоветовал Бьорн.

— Х-хорошо.

Трясущимися пальцами Виола зажала древко возле раны, а другой рукой резко согнула стрелу пополам.

— Крак! — Хвостовик с белыми перьями остался у нее в ладони.

Бьорн даже не шелохнулся.

— Молодец, принцесса! — похвалил он. — Будь добра, принеси самогона. Там на седле справа приторочен бурдюк.

Виола подошла к чалому, который мирно щипал травку неподалеку, и сняла с него кожаный мешочек. Когда она развязала горловину, в нос ударил крепкий запах спиртного. То, что надо!

— Возьми, — она протянула сосуд Бьорну.

Тот сделал большой глоток, крякнул, поморщился.

— Ух! Ну и добрая же у Биргит настоечка! — Он отдал бурдюк Виоле. — Ну-ка хлебни! На тебе лица нет.

Она не стала возражать. Спиртное обжигающей волной растеклось по горлу, и дрожь в ногах слегка унялась.

— Теперь полей хорошенько на стрелу и на рану, — сказал Бьорн, и Виола обильно оросила самогоном древко и кожу.

— Ну что? Готова?

— Нет, — честно призналась она.

— Не бойся. — Бьорн ощупал спереди свое плечо. — Я даже чувствую кончик. Тебе придется всего лишь проткнуть кожу.

— Всего лишь! — фыркнула Виола, ощущая, как у нее подкашиваются колени.

Сделав глубокий вдох, она осторожно взялась за древко.

— Давай! — скомандовал Бьорн, и она, кусая губы, начала медленно проталкивать стрелу вперед, физически ощущая, как острый наконечник прокалывает мясо.

В следующий момент она увидела, как спереди на плече бугорком выпячивается кожа. Ей стало дурно.

— Не бойся, — снова подбодрил Бьорн. — Остался последний рывок. Ну же!

Виола стиснула зубы и надавила на стрелу. Бьорн издал гортанный рык, и в тот же момент наконечник проткнул кожу и показался с другой стороны.

— Фу-ух! — с облегчением выдохнул Бьорн, затем он схватил острие и резко выдернул стрелу из раны. — Умница!

Виола стояла ни живая, ни мертвая. Ее трясло, а спина вся намокла от пота.

— Где там самогон? — Бьорн пошарил рукой возле коряги.

Виола подняла бурдюк и вложила горлышко в его ладонь. Бьорн сделал глоток и протянул спиртное ей. Она тоже немного отхлебнула, а затем осмотрела рану. Из нее медленной и тягучей струйкой вытекала кровь.

— И что теперь?

— Перевязать сумеешь? Бинты в седельной сумке.

Бинтовать было гораздо проще, чем протыкать стрелой плоть. Виоле раньше не приходилось оказывать первую помощь, но Бьорн подсказал, как накладывать витки, и вскоре на его плече красовалась желтовато-белая льняная повязка.

Бьорн покрутил в руках окровавленный обломок стрелы.

— Острие из оленьего рога, — сообщил он. — Нападавшие не из Рюккена. Скорей всего, бандиты или охотники.

— С чего ты взял? — Виола присела рядом с ним на бревно.

— Мы используем железные наконечники, — пояснил он. — Нам повезло, что у этих стрел — роговые, иначе бы они пробили щит. Но ума не приложу, откуда там могли взяться разбойники? Мы с дружиной в начале лета зачистили все логова по пути до Броккова Клыка. Видать, какие-то пришлые.

Виола уставилась на воду, бурливо струящуюся среди камней.

— У меня такое чувство, будто они ждали именно нас, — задумчиво протянула она.

— Не обязательно. Скорей всего, они просто устроили засаду на путников, чтобы убить и ограбить.