Книга Снег на песке, страница 103 – Марья Зеленая

Амрен тут же отпрянул, видимо уловив ее напряжение.

— Прости, — шепнул он, тяжело дыша.

Бьянка чуть не застонала от разочарования. Все ведь так хорошо начиналось!

— Это ты меня прости, — вырвалось у нее.

Амрен подошел к раковине, открыл воду и принялся плескать себе в лицо.

— Я боюсь напугать тебя, — наконец сказал он. — Если тебе кажется, что я делаю что-то не так, пожалуйста, сразу скажи.

— Ты все делаешь так, — с горечью ответила Бьянка. — Дело во мне. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь от этого исцелиться. Тебе скоро надоест со мной возиться, и…

Он вскинул ладонь.

— Тихо. Не надо ничего говорить.

Сняв с крючка огромное пестрое полотенце, он подал ей руку.

— Иди ко мне.

Бьянка вылезла из ванны и очутилась в махровых объятиях. Амрен закутал ее в полотенце, и на миг прижал к себе, так, что она ощутила, как сильно стучит его сердце. Накинув ей на голову полотенце поменьше, он бережно промокнул ее волосы.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказал он. — Подожди одну секунду.

Он ненадолго вышел, а вернувшись, вручил ей сверток каких-то тканей небесно-голубого цвета.

— Что это?

— Примерь, пожалуйста. Хочу полюбоваться на тебя. Разберешься, как оно надевается? В этом нет ничего сложного.

Бьянке ощутила укол ревности. Конечно, ничего сложного. Он, наверное, столько раз одевал и раздевал женщин. Нормальных женщин.

Амрен вышел из ванной. Бьянка развернула одежду. Это оказалась бирюзовая кисейная блузка и шаровары с безрукавкой из голубого шелка, расшитые золотым цветочным орнаментом.

«Как красиво, — подумала она. — Но мне наверняка не пойдет».

И все-таки женское любопытство взяло верх. Бьянка облачилась в невесомые одежды и мельком взглянула на себя в зеркало. А вроде бы не так уж и плохо!

Она вышла из ванной. Увидев ее, Амрен поднялся с дивана и восхищенно присвистнул.

— Вот это да! Я ослеплен. Прекрасная гурия озарила все вокруг своей красотой. Я должно быть умер и попал в рай.

Бьянка зарделась.

— Если не заткнешься, то я сама тебя туда отправлю, — смущенно усмехнулась она. — Жалкий лгунишка!

Амрен взял ее за руку.

— Смотри. Сейчас ты убедишься, что я говорю только правду.

Он подвел ее к большому напольному зеркалу. Оттуда на Бьянку смотрела стройная девушка с влажными черными волосами и мраморно-белой кожей. Воздушная бирюза плавно подчеркивала женственные изгибы ее тела, а сквозь прозрачную кисею блузы соблазнительно просвечивала грудь, лишь слегка закрытая маленькой жилеткой.

Красавица!

Вот только…

Бьянка машинально отделила прядь волос и прикрыла ею рубец, уродующий левую половину лица.

Амрен обнял ее за плечи.

— Тебе не нужно стыдиться этого шрама. Это доказательство того, какая ты сильная.

— Но ведь вы, мужчины, любите слабых, — возразила она.

— Мне все равно, кого там любят какие-то мужчины. Я ведь люблю тебя, — улыбнулся он.

С этими словами Амрен приложил к ее груди сверкающее ожерелье и застегнул его сзади на шее. Прекрасные опалы в серебряной оправе переливались нежным перламутровым блеском.

— Какая красота, — восхищенно протянула Бьянка.

— Твои глаза сияют намного ярче, — Амрен коснулся губами ее виска.

Взгляд снова упал на отражение. Голубоватые камни красиво оттеняли молочно-белую кожу, удобно примостившись в манящей ложбинке между грудей. Ожерелье было прекрасно, но Бьянке отчего-то стало горько.