Книга Пустыня смерти, страница 90 – Влада Мишина

— Кушать подано, пёсики, – ласково проворковала богиня.

Впервые Ифе услышала вой гончих Анубиса ещё на берегу священной реки Хапи в Дуате. Тогда они шли по следам Сета. С тех пор гончие упоминались богами и смертными не раз, и Ифе представляла их по-разному. Сворой собак, младшими богами, умеющими перевоплощаться в звериный облик, или гигантскими неестественными псами, сотканными из тьмы Дуата.

Последняя фантазия оказалась верной, однако порадоваться своей прозорливости девушка не могла.

— Тешефа, Мерети, Нактуф! Сидеть! – Приказ Анубиса был похож на рычание.

— Ар-р-гр-р-р… – и рычанием же ему ответили гончие, ни на миг не замедлившие нападение.

От первого удара их когтей и столкновения с клыками Анубис и Сет увернулись. Ифе видела, как непросто им дались кувырки. «Боги, лишённые сил… Они наверняка чувствуют боль во много раз острее».

— Острожно! – её предупреждающий крик уберёг Анубиса от новой атаки.

А Сет благодаря ему сумел отскочить от гончей, попытавшейся прыгнуть на него из-за спины. Каратель перекатился по песку, с трудом поднимаясь на ноги и выставляя вперёд посох. На фоне исполинских фигур гончих его оружие казалось бесполезным, но у Сета не было и такой защиты.

Заливистый смех Селкет был музыкой этого нечестного сражения.

— Что такое, малыш Инпу? Пёсики не слушаются?

— Своих игрушек мало, так надо чужие забрать, сестрёнка? – в голосе Сета не было ехидства – только бесконечное напряжение.

Анубис же вовсе не отвечал богине, сосредоточившись на уворотах от лап гончих. И он, и Сет всё ещё были быстрее обычных смертных, но недостаточно быстры для полных сил божественных созданий.

Когда клыки одного из псов вонзились в ногу Карателя, Ифе вздрогнула. Её сердце сжалось от страха и невозможности помочь. Смотреть на подобную подлую игру Селкет ей было почти физически больно. Она ожидала, что бой может причинить богам много страданий. «Но не так быстро… Сет и Анубис всё равно победят!»

В этом бывшая аментет не позволяла себе сомневаться. «Победят… А дальше? Что, если их, ослабевших, следом добьёт сама Селкет на глазах Осириса?!» Такой вариант был слишком реален в её воображении. «Но от собственных гончих Анубис вряд ли может погибнуть…»

На мгновение отвернувшись от золотой крови, стекающей по ноге бога, Ифе взглянула на Осириса. «Покажете ли вы Селкет свою слабость? Или вам всё равно на сына и брата?»

По лицу Царя сложно было понять его чувства. Казалось, он смотрел на Анубиса и Сета, но в то же время глядел сквозь них.

Селкет тоже следила за реакцией Осириса, и она ей явно не нравилась.

— Даже не нахмуришься? Мало тебе страданий? Так я добавлю.

Взмахнув руками, богиня призвала из разлома с Нуном песчаные нити, тут же ринувшиеся к гончим.

— Станьте сильнее.

Когда энергия прошла через их тела, псы раскрыли пасти в яростных криках. Анубис, припадая на раненую ногу, которая не могла излечиться без его сил, отшатнулся.

«Верные мои…» На чистых инстинктах он извернулся, взмахивая посохом. Металлическое навершие резануло по морде одной из гончих. Пёс взревел, оскаливаясь сильнее, а Анубис с хрипом выдохнул: