Книга Очарованная силой, страница 119 – Нина Черная

Мы оказались в моей спальне. Я спокойно шагнул в сторону любимой софы, выполненной из беленого дуба и обитой белоснежным бархатом. Раньше эта спальня принадлежала родителям, только я переделал ее полностью под свой вкус. Неторопливо сел и свысока посмотрел на настойчивую женщину.

Она ожидаемо барахталась на полу в попытке встать, а Буран забавлялся с ее платьем, резал острыми иглами-снежинками подол, рассекал до крови молочную кожу на руках.

— Повеселился? – раздраженный голос заставил напрячься, кажется, терпение травницы дошло до предела, - ты меня так без одежды вовсе оставишь, охолуйник.

— Что-то я не заметил, что раньше тебе это мешало, - я хмыкнул, но, все же, прищелкнул пальцами и отпустил духа.

— Любуешься? – на губах травницы расплылась коварная улыбка, а мой взгляд против воли прошелся от часто вздымающейся высокой груди до обнаженных коленей.

Женщина сидела на полу и совершенно не пыталась скрыть свои аппетитные формы. Прошлась по губам языком, а пальцами по испорченному подолу. Мое ледяное сердце пропустило удар, а жар, появившийся при ящерке, разлился по телу. Это что за новые реакции? Нервно сглотнул и попытался не демонстрировать чувства, которые так неожиданно нахлынули.

— Меня не удивить женскими формами, - дернул я плечом и перекинул ногу на ногу, - особенно от той, которой тысячу лет в обед. Не устала кожу подтягивать?

— Неопытный, - хмыкнула последняя травница, углядела самую суть, - не об этом я говорить с тобой хотела, касатик. Тебе полезно выслушать старую, как ты выразился, и мудрую женщину.

— О чем же? – вновь выгнул бровь и сжал руку в кулак до боли, чтоб не поддаваться чарам обольщения.

— О силе, тобой заимствованной, и о том, чем мы друг другу помочь можем, - мотнула головой женщина, волосы тяжелой волной опустились на ее спину.

Как огонь среди снегов.

— Может, в этот раз дослушаешь? – женщина дернула завязками платья, отчего ткань медленно поползла вниз, - не станешь звать своего наглого духа? А я научу тебя некоторым премудростям, - алый язык снова прошелся по пухлым губам, заворожил, перехватил дыхание, - они помогут тебе подчинить строптивого духа.

— Не припомню, чтобы подчинение духов составляло хоть когда-нибудь для меня проблему, - мой голос предательски дрогнул, самообладание летело к тварям в прорыв.

— Ты еще не сталкивался с мавками, хулиган.

Позы я не поменял, не двинулся, только ледяное прежде сердце заколотилось в грудной клетке часто. Даже в далеком детстве, когда я испытывал страх, такого не случалось.

— Заговорила меня? – прищурился я недобро, следя за движениями травницы.

Неровные царапины на молочной коже, оставленные духом, алыми росчерками вились вокруг ее запястий, поднимались к плечам. Будто причудливые рисунки. Это взбунтовало мою кровь, дышать стало тяжело.

— К чему мне это, касатик? – насмешливый тон и томное дыхание травницы сбивали с толку, - я и без всяких заговоров могу мужчину укротить.

Хотел было возмутиться такому своеволию, но женщина скинула платье вовсе и медленно поползла ко мне. Я замер, лишь следил за ее уверенными движениями взглядом, внутри поднимался совершенно незнакомый жар, а в штанах почуялись шевеления.

Ее движения, будто мягкая поступь хищницы, распаляли все больше кровь. Женщина остановилась у моих ног и ногтями прошлась по сапогам вверх. От скрипа глянцевой кожи меня охватила дрожь.