Книга Очарованная силой, страница 185 – Нина Черная

Боль залила сознание, в глазах все потемнело, только я ощущала все вокруг. Жесткие ветки под нежной кожей, крик птиц где-то сверху, копошение насекомых под землей.

Глава 48.

Снова предупреждение! Читать с осторожностью, чрезмерная жестокость!

— Ты ее что, пришиб что ли? – в голосе Андера почудились взволнованные нотки, - да нас не на службу примут, а в темницы бросят, если так!

— Не пришиб, - с сомнением в голосе не согласился Пашка, - я в полсилы кидал. Да и кто вспомнит об этой дерзкой сиротке? С нами-то не свяжут.

— Ее братья меня знаешь, сколько раз колотили за косые взгляды в ее сторону? – не согласился Андер, недалеко послышалось шуршание травы, и приближающиеся шаги. – Как думаешь, что они со мной сделают, когда найдут ее так?

На шею легли чужие пальцы, а я так и не смогла пошевельнуться, тонула в боли.

— Жива, - с облегчением выдохнул Микула мне в ухо, - жаража!

Он несильно пнул меня под ребра.

— Дос бде сломала, - пояснил он с обидой.

Меня перехватили под живот и перевернули на спину.

— Давайте покончим с этим, - повелел Андер, - пока она и вправду коньки не отбросила. Ты ей полбашки снес.

— Ничего не снес! – стал оправдываться Пашка, - царапина всего лишь.

Меня дернули за ноги, раздвинули их, из груди вырвался слабый хрип. Я оказалась не в силах сопротивляться или хоть как-то соображать. Кто-то вклинился между моих бедер.

— Я первый, - сообщил Андер, - она мне глазки строила.

В промежность ткнулось что-то твердое, а в следующий миг все мое естество прошила волна острой боли. Она смешалась с той, что пульсировала в виске, почти свела меня с ума. С закусанных до крови губ сорвался слабый хрип. Хотелось кричать от нестерпимой боли так громко, чтобы она прошла, оставила меня.

— Какая… узкая, - пыхтел надо мной Андер, вколачиваясь все глубже, разрывая меня изнутри.

— Да она девица, - хмыкнул Никита, - вон, вся елдень в кровище.

Андер замер во мне, покрутил бедрами, чем вызвал еще больше колющей боли в промежности.

— Значит, врала Некраска, - протянул он, и тут же снова зашел глубже.

Толчок.

Еще один.

Пульсирующая боль по всему телу, разбитое сердце. Раньше я думала, как человек может умереть, не умирая. Вот так. Я в этот самый миг умерла, исчезла. Моя душа раскололась, а сердце разбилось. Я будто отделилась от своего корчащегося в муках тела, взглянула на все сверху без чувств и страхов.

Андер дернулся еще пару раз и излился в меня с глухим рыком.

— Я следующий, - засуетился Никита, - а вы потом уж, тем более, вам от нее больше всего досталось.

На грудях снова сомкнулись грубые пальцы, выкрутили съежившиеся горошины сосков. Только я больше ничего не ощущала, боль слилась в одно мучительное пятно, стала второй мной.

— Я другое место опробую, - крякнул он, и мои соски отпустили, - папка рассказывал, что там самая сладость.

На моих голенях оказались его руки, дернули к груди и прижали так к моему телу, что поясница оторвалась от земли, а дышать снова стало сложно. Я мигом «вернулась» в сознание, заворочалась, попыталась как-то отползти. Ощущала, что боль, которую испытывала, станет совсем нестерпимой.

— Смотри-ка, ожила, - хрюкнул он и ткнулся совсем не в промежность.

Надавил, я охнула и распахнула глаза, неужели, они решили побывать во мне со всех сторон? Та, боль, что разрывала меня минуту назад, показалась вполне терпимой по сравнению с той, что ощутила после толчка внутрь меня.