Книга С любовью, твоя злодейка, страница 24 – Виктория Аэтри

— Милорд… – несмело обратилась служанка к герцогу, когда заметила мои слёзы. – Кажется, этой… леди больно. Она плачет.

Герцог лишь бросил на меня ещё один яростный взгляд и, не говоря ни слова, осторожно достал малыша из корзинки. Сначала прижал его к своей груди и, коснувшись губами детской макушки, бережно отдал сына служанке.

— Мари, отнеси малыша Арзана в покои, и пусть лекарь немедленно осмотрит его.

— Да, милорд, – ответила девушка и помчалась по ступеням ко входу в замок.

Я же так и осталась стоять у лестницы, вцепившись в ручку корзины, словно в спасательный круг.

Герцог проводил взглядом служанку, крепко прижимающую к себе ребёнка, а потом развернулся ко мне.

— Ты-ы-ы?! – нет, не спросил, а, утверждая, практически прорычал этот, очень злой мужчина. И то, с какой яростью смотрели на меня его глаза, говорило лишь о том, что часы мои сочтены. Таким взглядом на преступников не смотрят, нет. Так смотрят на самых заклятых врагов, которых жизни лишают, ни на миг не задумываясь.

Я всё так же стояла и молчала, глотая горькие слёзы своих рыданий.

— Отведите её в мой кабинет! И глаз с неё не спускайте! – приказал герцог, отворачиваясь от меня. Затем стремительно помчался по ступеням вверх – туда, где ждал его маленький сынишка.

Хозяин замка ушёл, а стражники подхватили меня под руки с двух сторон и повели, куда приказал герцог.

Хорошо, что меня вели, потому что сама я ничего не видела перед собой и с трудом переставляла ноги. Слёзы застили мне глаза, а каждый шаг отдавался болью – после зелий, которыми меня нашпиговали, словно рождественского гуся маринадом, у меня болело всё тело. Но даже возможности сообщить об этом меня лишили проклятые тюремщики, которые устроили весь этот ад для меня.

Я передвигалась, практически повиснув на руках у двух здоровенных стражников. Счастье, что они хотя бы не пытались действовать со мной ещё грубее, ведь ничто не мешало им поступать так со мной, потому что в глазах всех присутствующих я была преступницей. Но видимо, мои безмолвные рыдания их разжалобили, или замечание сердобольной Мари так повлияло. В общем, не известно, что в итоге сыграло роль, но я испытывала невольную благодарность к суровым охранникам за то, что они поступали со мной так, почти бережно.

Вскоре, мы достигли конечной цели нашего пути. Меня завели в богато обставленную комнату и оставили стоять на красивом, мягком ковре. После чего стражники вышли и закрыли дверь кабинета.

Я же осталась ждать. Молча рыдая, я цеплялась за ручку корзины так, будто она могла спасти от уготованной мне участи.

Флория…

Не знаю, сколько времени пришлось простоять одной в пустой комнате – мне казалось, что эта пытка была бесконечной. Моё собственное тело не подчинялось мне, находясь под влиянием чужой воли. Возможности говорить меня лишили, и неизвестно было, смогу ли вообще заговорить снова… Казалось бы, что ничего страшнее этих, в одночасье свалившихся на меня бед, случиться уже и не сможет.

Но это оказалось – может, и ещё как!

Самой страшной пыткой для меня стало общение с герцогом из моих снов. Никогда не думала, что наше с ним знакомство в реальности вообще произойдёт. И уж тем более, не предполагала о том, что случится всё при таких ужасных обстоятельствах – когда даже хоть как-то оправдаться, или попытаться всё объяснить у меня попросту не было возможности.